October 26th, 2009

Нужен только свет в окне

Субботний круглый стол заграничных профессоров российского происхождения был крайне впечатляющим. Особенно, я бы сказал, представительство ведущих бизнес-школ - это при том, что все профессора - общественных наук! Kellogg представляли двое, Wharton - двое, INSEAD - ещё двое (впрочем, один человек представлял и Wharton, и INSEAD сразу). 

Круглый стол был разбит на два заседания, с одним и тем же составом участников. До обеда - "Потенциал сотрудничества с диаспорой" (эту часть модерировал я), после - "Конкретные предложения" (модерировал Игорь Федюкин, директор РЭШ по прикладным исследованиям). Приветствовали участников Вячеслав Никонов и Сергей Гуриев, а в обсуждении принимали участие, кроме собственно профессоров, Олег Хархордин, ректор Европейского университета, Александр Дынкин, директор ИМЭМО РАН, Аркадий Дворкович, помощник президента, руководители китайской и индийской делегаций - Дэвид Ли и Суман Берри (окончившие аспирантуры в Америке и играющие сейчас большую роль в экономической политике у себя дома) и другие.

Поскольку я отвечал за первую половину, я могу написать о ней подробнее. Всем участникам был разослан очень жёсткий вопросник - как Вы оцениваете состояние российской науки в области Вашей специализации? Какими конкретными цифрами- именами Вы можете подтвердить Ваше мнение? Особенно, конечно, были важны конкретные примеры (названия работ, индексы цитируемости ведущих учёных и т.п.), когда речь идёт об областях, в которых в России нет никаких достижений. Именно в этих областях у нас сформировались "национальные школы", оторванные от мировой науки не по незнанию английского и нехватке денег, а по замыслу руководителей этих "школ" - иначе, не дай Бог, придётся объяснять, как может стать академиком персонаж с индексом цитируемости ноль (то есть учёный, работа которого пока не понадобилась ни одному учёному). Впрочем,  ответы на эти вопросы не звучали - хотя оценить свои области "в целом" смогли, так или иначе, все участники.

Оценки разошлись. Социологи и историки высоко оценили тех, кто работает в России - даже если их работы практически не известны за границей, экономисты, которым проще - экономическая наука интернациональна почти в такой же степени как естественные науки и никаких работ, которые неизвестны только из-за того, что написаны по-русскии, в ней нет - экономисты оценили ситуацию как невесёлую (за пределами РЭШ, ВШЭ) есть только отдельные исследователи (в основном в теории игр) в Петербурге и Новосибирске. Специалисты по управлению и менеджменту отметили, что этих наук в России пока, по существу, нет.

Соответственно, разошлись и оценки потенциала, и рекомендации. У одних основная проблема - в незнании английского, отсутствии доступа к современным публикациям и т.п., у других - как раз в наличии вот этих "национальных школ", которые не столько двигают вперёд науку, сколько защищают собственную административную ренту.

Неожиданностью стало вот что. Я сам, участвуя в подготовке этого круглого стола, поддался этому дурацкому дискурсу, сложившемуся у нас в стране - что есть какие-то "заграничные русские", "диаспора" и т.п. Один за другим - не все, но большинство - участники круглого стола говорили о том, что они не "уехали", они просто работают сейчас за границей. Что членом "диаспоры", уж если кого считать, так тех, кто работает над изучением российских тем. (Как я мог сам забыть, что по многим общественным дисциплинам - я могу говорить об экономике и экономической истории - чуть ли не все ключевые работы написаны иностранцами.) Что наука не зависит от того, в каком университете работает учёный... Что набирать в российские университеты нужно не "возвращенцев" или "живущих в России", а лучших учёных по специальности, независимо от их происхождения и стран, в которых они учились. Что нет задачи "возвращения", а есть задача "интеграции". Совершенно правильно, по-моему.

Чем вы, гости, торг ведете. И куда теперь плывете?

ВЕДОМОСТИ
Правила игры: Роль иностранцев

Глобализация финансовых рынков долгое время представлялась безусловным благом. Она позволила капиталу из богатых стран финансировать перспективные проекты в развивающихся экономиках, обеспечивая там высокие темпы роста, и поддерживала быстро растущий объем мировой торговли. Финансовый кризис резко изменил отношение к глобализации: из механизма распространения богатства и процветания она быстро стала, в глазах общественности, чуть ли не главной причиной того, что начавшийся в развитых странах кризис перекинулся во все страны мира. Однако, как это часто бывает, самая популярная теория вовсе не обязательно подтверждается, когда дело доходит до анализа реальных данных.

Судя по результатам исследования, проведенного European Bank for Reconstruction and Development (полностью они будут опубликованы в ежегодном отчете EBRD Transition Report, который выйдет в следующем месяце), отрицательная роль глобализации финансовых рынков во время кризиса вовсе не так очевидна. Далее