April 28th, 2011

Возвращение "Финансового фронта"?

Андрей Панов, который до ухода в бизнес был редактором отдела "Финансы" в "Ведомостях", во время учёбы на MBA в INSEAD - между "Ведомостями" и крупной консалтинговой компанией - писал колонку "Финансовый фронт" и это был год, пока у нас в стране был финансовый колумнист, сравнимый с Соркиным, Гаспарино и т.п. Не только разбирающийся в финансах, но и не подпадающий под магию и обаяние бизнесменов и регуляторов. Это трудно - большинство руководителей крупных компаний - профессионально обаятельные люди и написать про кого-то, с кем общался много лет, что он по глупости погубил или серьёзно подорвал свой бизнес, бывает трудно. Вспомните, много ли обозревателей написали колонки про тех российских бизнесменов, которые до 2008 года давали интервью "Ведомостям", поучая и наставляя тех, кто выглядел менее успешными, чем они, и потом оказался на мели во время кризиса? Скупать активы на заёмные деньги - много ли, действительно, надо было ума и таланта? Мало кто написал, а Андрей написал тогда про Павла Теплухина, одного из руководителей "Тройки", например. 

Последний год "Финансового фронта" не было, но вот - о, чудо - снова колонка Андрея, "Удачи тебе, Билл!".

Обзор российской экономической науки

Александр Муравьёв написал работу – обзор дел в российской экономической науке. Первое, что поражает – это титанический объём проделанный работы. Раньше ничего подобного не делалось (я стараюсь собирать ссылки под рубрикой "рейтинг экономистов"). Внимание уделено мельчайшим деталям и подсчитано всё, что можно, кажется, подсчитать. Кроме того, в статье содержится – что необычно для работы, основная часть которой посвящена статистическим подсчётам – очень подробное изложение идущей в России дискуссии об организации экономической науки и науки вообще, причём представлены все точки зрения. Интересно, кстати, в каком русском издании будет опубликована эта статья (она на русском)?

У меня есть несколько замечаний, но они боюсь, будут осмысленны только для того, кто прочтёт работу Муравьёва.

Основное замечание состоит в том, что совершенно неудовлетворительно построена работа с определением того, что такое «российский экономист». Я считаю, что правильно считать российскими экономистами всех, у кого основным (или одним из основных) местом работы является вуз или институт, расположенный в России. По этому определению, например, Татьяна Комарова, профессор ЛШЭ, не является «российским экономистом», Виктор Черножуков из МТИ не является, а Шломо Вебер (эмигрировавший из России тридцать лет назад, но сейчас имеющий долгосрочный контракт с РЭШ, по которому он проводит в России минимум пять месяцев в год), Деан Фантаццини (МШЭ), Оливье Бертран (СПбГУ), Пол Дауэр (РЭШ), Станимир Морфов (ВШЭ) – являются.

Муравьёв не пользуется этим определением и непонятно, каким пользуется. В итоге родившийся на Украине Городниченко вычеркнут, а белорусы Голосов и Цывинский и уехавший 20 лет назад из Нижнего Новгорода Черножуков оставлены. (Это – серьёзное искажение, так как у каждого из них публикаций в топ-10 журналах больше, чем у остальных участников списка, вместе взятых.) Шлейфер, самый цитируемый учёный-экономист в настоящее время, родившийся в Москве, вычеркнут, а Клара Сабирьянова Петер, уехавшая в Америку из Екатеринбурга, оставлена. Ещё несколько десятков экономистов российского (или советского происхождения) вообще не упомянуты. Результат произвольного включения «иностранцев» в список привёл к тому, что достижения российских учёных «в целом» существенно более впечатляющие, чем если бы всё ограничивалось теми, кто работает в России.

Вторым существенным замечанием является то, что Муравьев считает Problems of Economic Transition издательства M.E. Sharpe, Inc научным журналом. Этот журнал, очевидно, не является реферируемым - у меня там опубликованы две статьи, которые я туда не никогда не подавал (и, очевидно, не получал отзывов рецензентов). Это какая-то публикация-агрегатор. Включать агрегаторы в один список с журналами, которые он агрегирует - методологическое упущение.

Мелкое замечание состоит в том, что для работы, требующей столь скрупулёзного подсчёта индексов журналов, институтов и авторов, проверка того, где работает кто, сделана крайне небрежно. Например, у Екатерины Журавской местом работы обозначен ЦЭФИР, подразделение РЭШ. (Это как если бы у кого-то из МГУ написали название кафедры, не написав ни названия вуза, ни названия факультета.) У меня место работы – CEPR (сетевая общеевропейская структура), а не РЭШ, ну и т.д.