December 24th, 2011

Сложный год еврозоны

Комментарии экономистов о проблемах еврозоны. Хорошее объяснение (Джону Кохрейну их U. Chicago GSB, который не согласен), почему лучше, чтобы подстраивался обменный курс, а не цены-зарплаты. Пока Ирландия и Латвия на собственном опыте доказывают, как тяжёл (если вообще возможен - это пока неизвестно - ВВП на душу населения всё ещё на 15-20% меньше, чем до кризиса и до возвращения - годы) путь "внутренней девальвации", Пол Кругман подсказывает, что то, что сейчас объясняют Кохрейну, было хорошо изложено у Милтона Фридмана пятьдесят лет назад (та же ссылка). Оливье Бланшар, профессор МТИ и главный экономист МВФ, один из самых уважаемых макроэкономистов в мире, в отличие от Кругмана, не участвующий активно в политической деятельности, в колонке, подводящей итоги года, пишет примерно тоже самое.

Тем временем Кругман стал, наконец, обращать внимание на то, что европейская политика слегка менее прозрачна, чем американская. ЕЦБ может, одновременно кивая Меркель и Саркози (или, точнее, их избирателям), что, да, главная проблема сейчас - большие долги и необходимо "затянуть пояса" (это, как указывает Кругман и практически все экономисты, возможно, и правильный диагноз, но совершенно неправильный курс лечения) и отказываясь стать "кредитором последней инстанции" для еврозоны, выдать достаточно кредитов европейским банкам, чтобы они покупали долги проблемных членов еврозоны. (Фактически, говоря о "затягивании поясов", увеличивать денежную базу. Собственно, по-настоящему одно другому и не противоречит, просто граждане-избиратели этого не понимают вовсе, а политики понимают редко.) Это всё осмысленно, конечно, только если эти же проблемные страны одновременно предпринимают меры по долгосрочной (а не краткосрочной) стратегии балансирования бюджета. Но это Кругман не знал про то, как устроена Европа - в моих колонках про перспективы еврозоны в целом (май 2010, декабрь 2010) всё было оптимистично как раз из этих соображений.

Теория для митинга

Перед выходом на митинг на проспекте Сахарова одно соображение - для тех, кто интересуется теоретической экономикой.

Я иду на политической митинг для того, чтобы не ходить на политические митинги. Особого удовольствия от пребывания в одном месте с десятками тысяч людей я не получаю (если показывают футбол, другое, конечно, дело); ораторов (как Акунина и Быкова, так и, скажем, Немцова, и даже Парфенова) я предпочитаю читать, а не слушать. Тем не менее иду.

Теория здесь очень простая. "Выход на площадь" - это типичная внеравновесная "угроза", поддерживающая хороший исход на равновесном пути. В жизни такие ситуации встречаются часто: человек не ворует в магазине, потому что знает, что его могут поймать. Студент пишет эссе сам, если знает, что преподаватель будет внимательно его читать. Политик не нарушает конституцию - например, не фальсифицирует выборы, если знает, что, если он нарушит, то народ выйдет на площадь. Там, где политики не нарушают правил (например, спокойно покидают свой пост, если оказывается, что их партия набрала мало голосов на выборах), нет митингов "за честные выборы". Именно поэтому "угроза" ("выход на площадь") - вне "равновесного пути".

Кто учится в бакалавриате и ещё не доучился до теории игр, можете построить маленькую модель, иллюстрирующую это соображение. Для тех кто доучился, это задание слишком простое.

72 400

На всякого мудреца довольно простоты. Можно сколько угодно пытаться угадать, сколько людей было сегодня на проспекте Сахарова, а проект "Гражданин наблюдатель" поставил 15 человек и посчитал, сколько человек проходило через рамку. Кто не верит в процедуру, может подойти и посмотреть, как человек со счётчиком (такие счётчики используют стюардессы, пересчитывая пассажиров) нажимает кнопку. 72 тысячи человек без учёта тех, кто не стал проходить за рамки (в этот раз звук был отличный - было слышно и за рамками) - огромное по российским меркам количество участников.