May 13th, 2012

Russia-2012: Is the Glass Half-Full or Half-Empty?

Написал небольшую колонку для Baltic Rim Economies.

By Spring 2012, Russia has finally achieved the same level of GDP per capita that was previously achieved in 2008, the pre-crisis peak. After 9 years of growth averaging 7% per year, the world financial crisis of 2008-09 hit the country hard. The fall in industrial production was the largest among the 20 industrialized countries. The recent survey by the European Bank for Reconstruction and Development showed that 36 percent of Russian households (as compared to 11 percent in Western Europe) have had to reduce their basic consumption because of the crisis.

Coincidentally, the levels of production and consumption of the 2008 peak are roughly the same as the levels of the previous peak achieved in 1990, the last year before the collapse of, subsequently, the Soviet economy, the communist party dictatorship, and then the Soviet Union itself. Granted, a significant part of Soviet GDP was wasted on building up military capacity; that is, the same level of production translates in a higher standard of living in 2012.  However, the fact that the 2008 peak was the same as the 1990s peak and that the economy is struggling to break the same ceiling right now is not a coincidence.  

Though high prices for oil and natural gas, Russia’s primary export, alongside with the conservative macroeconomic policy of early Putin’s governments have played a role, the main contributing factor was the low starting point. The high-speed growth of 1999-2008 was based on low-hanging fruit. Now, when there is little unutilized existing capacity, the main source of growth should be increased labor productivity (as of now, it is 15-20 percent of the US productivity in respective sectors).

The political situation is not conductive for any kind of substantive reform. Vladimir Putin, the paramount leader of Russia since 1999 and newly elected as country’s president, starts his new six-year term in difficult times. The March 2012 election returns give him barely sufficient legitimacy: though the officially reported vote share was 63%, the more reliable independent estimates give him a slim majority of 52-53%.

Still, there is little doubt that he does not face any real challenges to his leadership in the near future. Fortunately for Putin, the opposition is not organized and cannot settle on any particular leader, platform, or a message. The protest movement of Winter 2011-12 has had a kind of decentralized leadership, featuring a number of prominent literature, art, and entertainment figures in its ranks. It has united a very diverse group of smaller movements, ranging from radical young communists to libertarians . The outcome of March 4, 2012 presidential elections, while ending the myth of a significant “Putin’s majority” and even casting doubt on his legitimacy, did not produce a clear path for the opposition as well.

Given that Putin has proved himself extremely rigid in either policy or personnel choice (he would not get rid of close subordinates even if wide-spread corruption allegation would make them a visible drag on his popularity), the new government is not expected to be radically different from the current one, both in terms of personalities and policies.  The next few years will witness slow growth amid mild political turmoil.  This is a pessimistic scenario for those who hoped for modernization, reform, and fast growth. This is still optimistic for those who remember Russia’s 20th century.

Рыцарский турнир

Совершенно офф-топ: не про "тему дня", прогулку по Бульварному к ольцу. Зато, по-моему, очень оптимистичное. Сегодня закончился "длинный" (из-за перехода на европейскую систему "осень-весна") чемпионат России по футболу и последний день принёс прекрасный результат. А именно - в последнем туре команды, для которых давно всё решено, играли в полную силу и обыграли те команды, для которых на кону стояла (при определённых раскладах) и Лига чемпионов, и медали чемпионата.

 "Кубань", которой это весной ничего было не надо и которая по-боевому провела весну, обыгрывая тех, для кого очки имели решающее значение, сыграла вничью с "Динамо", лишив медалей. "Рубин", которому ничего не "светило" отнял у ЦСКА второе место и Лигу чемпионов. "Зенит", давно и с большим преимуществом ставший чемпионом, обыграл "Анжи" на его поле. И, честно говоря, совершенно неважно, что было мотивом для победителей - даже если деньги от конкурентов; аморально брать деньги за проигрыш, деньги за победу брать не аморально.

То, что в последних матчах чемпионы "сливают" игры тем, кому это нужно - не пустое опасение. Я прекрасно помню (хотя это было очень давно), как моя любимая команда - в те годы одна из сильнейших команд в Европе, став чемпионом, "слила" последний матч аутсайдеру, которого победа спасала от вылета из высшей лиги. Знатоки футбола назовут десятки подобных случаев (по очевидным причинам очень трудно определить в чём дело - утрачивается ли мотивация у команды, для которой ничего не решается, или она получает деньги или какие-то иные блага в обмен на проигрыш). 

И тем более много примеров команд, которые, оказываясь в зоне, далёкой и от вылета, и от медалей, команды переставали бороться всерьёз. (И особенно переставали бороться, когда сопернику очки были очень нужны.) Одна из самых ярких глав "Фрикономики" Левитта и Дабнера посвящена как раз такой ситуации - только там борцы сумо, которым победы уже были не так нужны, поддавались тем, кому было нужно.  Про футбол тоже, как я понимаю, есть такие свидетельства. "Кубань" весны 2012 доказала, что это правильно - не универсальное. 

Можно даже сделать небольшое обобщение. У нас особой конкуренции нет ни в бизнесе, ни в политике, но вот в российском футболе сложилась конфигурация просто на загляденье здоровая. Я понимаю, что фанатам каждой отдельной команды конкуренция - не благо, и кто-то воспринимает деньги, вложенные в "Анжи", "Рубин", "Зенит" как нож в спину московским командам. Однако мне российский вариант - 5-6 команд с похожими финансовыми возможностями - кажется более интересным, чем, скажем, испанский или английский.