March 6th, 2013

Награда Чавеса

Некролог Уго Чавеса в New York Times - не просто сбалансированный, а очень поэтичный. (Вообще искусство некролога, который готовится задолго до смерти важной фигуры - совершенно неведомо в нашей стране, но, я надеюсь, со временем наша пресса и в этом будет ориентироваться на лучшие образцы).

Я писал про Чавеса в колонке пять лет назад - как Путин извлекает уроки из карикатурной деятельности Чавеса в экономической сфере, но перестал писать про него после того, как было объявлено, что у него рак и химиотерапия, из солидарности. Наша "Политическая теория популизма" отчасти отвечает на вопросы, связанные с популярностью "чавизма", но это, конечно, чистая теория.

К политической истории Венесуэлы у меня особое отношение с тех пор, как мы описали её, с 1830 по 1960, в "Игре с убийствами" в качестве case-study (был генерал, который становился главой государства шесть раз, несколько - по три, и т.п.). Эти две странички были собраны чуть ли не по всем (девяти, кажется) книгам по политической истории Венесуэлы в принстонских библиотеках.

С 1964 года Венесуэла была демократией - во всяком случае, страной с конкурентными выборами. Чавес сделал многое (см. подробности в некрологе), чтобы демократию разрушить. Но удалось ему не так уж много - в частности, конкурентные референдумы и выборы отменить не удалось. И, смотрите какую он получил за это награду (возможно, незаслуженную - он-то делал всё возможное, чтобы отменить конкуренцию) - его последние полтора года, с момента объявления о раке, прошли фактически очень спокойно. Последние три месяца проигравший кандидат (у которого немало власти - он губернатор крупного штата - и высокая популярность в народе) и оппозиция совершенно не пытались "раскачивать" лодку. (В Латинской Америке, как правило, большие возможности по раскачиванию лодки).

Почему последние месяцы Чавеса, очень тяжелого больного и, наверняка, не много знавшего о том, что происходит вокруг, прошли так спокойно? Почему Каприлес и его сторонники не пытались устроить революцию или военный переворот и захватить власть? Потому что они знают, что венесуэльская политическая система вполне устойчива и шанс победить на выборах, которые будут сейчас назначены, достаточно велик. Вот и польза от того, что система выборов не разрушена - нет нужды "выхватывать" власть у слабеющего и умирающего лидера.

Приложение: New York Times выложила "10 памятных моментов Чавеса". Там есть и момент, когда он называет Буша "дьяволом" и  обращение к сторонникам во время первого (неудачного) путча. Мне особенно понравилось, как король Испании говорит ему по-испански, чтобы он заткнулся, но затыкает Чавеса реально премьер Запатеро.

Поводок Кейнса

Сергей Дубинин написал очень ясную и внятную статью про "предложения Глазьева" (в кавычках потому, что это, формально, не предложения Сергея Глазьева, советника президента по экономике, а общее собрание взглядов, соответствующее этим предложения). В статье Дубинина много правильного.

В одном месте, мне кажется, Дубинин начинает приводить аргументы, рассчитанные не на грамотного экономиста, а на "совсем широкую публику" - считай, на президента. Когда начинает объяснять, в несколько абзацев, что аргумент про то, что "активная денежная политика помогает США, Японии и еврозоне, поэтому нам поможет тоже" неправилен.

Конечно, он неправилен. Но для экономиста всё проще. Денежная политика не может увеличить средне- и долгосрочные темпы роста экономики. И в краткосрочном-то периоде она может существенно помочь только во время циклического спада. Конечно, в США и Европе, где был ярко выраженный циклический спад, она помогла. И у нас помогла в 2008-09. Но сейчас никак не может, потому что у нас нет циклического спада. У нас есть проблема низких темпов роста - денежная политика здесь никак помочь не может.