July 23rd, 2015

Неумелое житьё

Ох, ну что же это такое – вот стоит отвлечься. Есть такой миф про реформы – про реформы вообще – что если что-то поменять с плохого на хорошее или, хотя бы на более хорошее, чем было, то это успех. Улучшение произведено, реформа завершена. К сожалению, в реальности всё обстоит не так – стоит отвлечься, как ситуация возвращается назад, в плохое status quo. А внимание широкой публики долго на одном вопросе не задерживается…

В этом году условия поступления для выпускников школ заметно ухудшились, но на это практически никто не обратил внимания – не то что массового протеста выпускников, их родителей и вузов, даже стонов, которые должны были бы быть, не слышно.

Удар по абитуриентам и вузам – это действующие в этом году правила о роли оригинала аттестата в поступлении. Ну почему во всём цивилизованном мире – во всяком случае везде, где высшее образование лучше нашего – тебя сначала принимают в вуз, потом есть время – месяц, как минимум, на выбор между принявшими тебя местами и только потом ты приносишь (если приносишь вообще) оригинал документов? Понятно же, что у нас при системе 2015 года студентам придётся выбирать – то ли рисковать в хорошем вузе, то ли с гарантией поступить в плохой (или на нежелаемую специальность).

Вышка, как может, снимает эту проблему – у нас всем абитуриентам скажут, приняли их или нет, заранее (независимо от поданного оригинала, насколько я понимаю) – то есть нет никаких рисков «не возьмут в сильный вуз, не успел отнести оригинал в другое место», но ВШЭ на десять лет опережает другие российские вузы по административным процедурам и практикам и что будут делать остальные, непонятно.

Очевидно, кто страдает – абитуриенты, особенно “upper middle” и сильные вузы. Потому что теперь сильные – но не такие сильные, чтобы заведомо быть уверенными в поступлении –абитуриенты будут «страховаться», подавая в более слабые.

Ещё раз – особенно жалко, что несколько лет действовала относительно нормальная система (хотя, конечно, ограничение «5 вузов, 3 специльности» - было и неэффективным, и ненужным и давно можно было использовать – при нашей-то централизации – простейший алгоритм Гейла-Шепли), и раз – небольшое изменение отбросило на двадцать лет назад.

И скрип колёс, и шум кулис, и тёплый ветер с юга...

Небольшая иллюстрация к простому тезису: политические взгляды (и взгляды на конкретную экономическую политику) у экономистов могут различаться очень сильно,  но это не значит, что у них нет общей аналитической базы. Точно так же за плечами нескольких врачей могут быть одни и те же курсы в университете, одни и те же данные анализов, общий взгляд.

Вот что пишут сейчас - в публицистическом жанре - ведущие экономисты последних десятилетий. Бен Бернанке, после успешной академической карьеры успешно справившийся с самыми практическими задачами денежной политики. Грегори Мэнкью, автор самого лучшего - и самого популярного - вводного учебника, сам проведший немало времени направляя экономическую политику. Он пишет не только про свои взгляды, но и про взгляд уже покойного Милтона Фридмана и своего гарвардского коллеги Мартина Фельдстейна. (Вот ещё взгляды Фридмана - и совсем уж издалека - Ирвинга Фишера - на проблемы еврозоны.) Вот что пишет Барри Эйшенгрин, крупнейший в мире знаток истории денежной политики. Вот что пишет Пол Кругман - и пишет, к слову, это уже шесть лет каждую неделю.

Но я не про кризис еврозоны - это большая тема. Перечисленные мной экономисты - и нобелевские лауреаты, и претенденты (все перечисленные, кто жив, являются реальными претендентами) покрывают весь политический спектр. От "ультраправого", либертарианца Фридмана через просто "правых", реально "консервативных" Мэнкью и Фельдстейна, творцов и поклонников рейганомики, через право-центристского Бернанке и более левых Эйшенгрина и, совсем, Кругмана - все пишут ровно одно и то же. Все пользуются ровно одной и той же фундаментальной моделью (Манделла-Флеминга, грубо говоря) денежной зоны, все приходят к одному и тому же экономическому выводу.