Константин Сонин (ksonin) wrote,
Константин Сонин
ksonin

Categories:

О журнале New Times

New Times - волшебный журнал. То, что это волшебство трудно разъять на составляющие, не означает, что его нельзя ощутить.

В моей жизни газеты и журналы играют большую роль. 9, 13, 16 - страницы ''Литературной газеты'', которые я читал каждую среду двадцать пять лет назад; в 1983 это была ''Комсомолка'', а с 85-го и на долгие годы это были ''Известия''. (Родители считали, что нужно выписывать одну газету, меняя выбор каждый год. Вот 1984-й пришелся - на ''Правду'' и я до сих пор помню, как росла стопка нетронутых номеров в прихожей - читать оказалось невозможно.) Про ''Футбол-Хоккей'' - на единственный футбольный еженедельник в СССР нельзя было подписаться, а в киосках его быстро раскупали, так что каждая покупка была волнением и мучением - и ''Советский Спорт'' я не говорю; читал и перечитывал.

Но вот ощущение волшебства от периодического чтения у меня возникало - такие случаи можно пересчитать по пальцам. Газета ''Сегодня'' в 1993-1996 годах; ''Русский Телеграф'' - самый странный, по-моему, цветок на поле русской журналистики. Он не просто напоминал газету ''Сегодня''. Гламурностью он предвосхищал то, что расцвело бурным цветом повсюду - и не только в печати - через десять лет, при этом был полноценным участником политических войн; даже как-то уместно было, что он и погиб в этой войне, оставив слабый отзвук, до сих пор различимый в самых разных изданиях.

Журнал SmartMoney, в который я пишу, мне кажется самым профессиональным и самым лучшим еженедельником, пишущим на экономические темы. Но в этом никакого волшебства нет. И ''Ведомости'' меня восхищают без волшебства - профессионализмом, размеренностью внутреннего устройства, совершенством. Примерно такое же восхищение должны вызывать у зрителя кадры из фильма ''Титаник'' - до столкновения - гигантские сверкающие шестеренки, могучие поршни в человеческий рост - идеальная машина, каждый винтик которой знает свой маневр и гордится участием в своем маневре. (Давно хотел написать о двух революциях современной российской печати - ''Коммерсанта'' в 90-м и ''Ведомостей'' в 99-ом, но не в этот раз.)

New Times, возможно, задумывался как свободный телеканал в момент, когда казалось, что свободе телеканалов угрожает цензура. Но степень несвободы у нас совсем не такова, чтобы ценить свободу саму по себе. Не вызывает же у меня сходных чувств ''Новая газета'', да и колонок Новодворской я не читаю. Смелость в выборе тем? О, репортеры ''Ведомостей'' куда смелее. История Люблинского отделения Сбербанка куда страшнее для журналиста, чем история банка ''Дисконт''. (Да, да, я убежден, что в истории Наташи Морарь есть глубокий фрейдистский подтекст. Если бы Наташа не была такой красоткой, число тех, кто выступает против ее возвращения в нашу страну, было бы куда меньше. Важен, коротко говоря, символический акт насилия.)

Так откуда ощущение волшебства? От умения коснуться главного нерва текущего момента? Дискуссия Гуриева и Каспарова в последнем номере - это не спор двух человек, это тот спор, который идет внутри. От того, что если бы я делал журнал, я бы делал такой же? Звонил бы тем же людям, так же бы ошибался и так же бы обижался на тех, кто указывал бы мне на ошибки?
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 43 comments