Константин Сонин (ksonin) wrote,
Константин Сонин
ksonin

Categories:

Продолжение банкета

Продолжение записок с Конгресса Эконометрического общества. Секционный доклад (они здесь объединены по два) Джима Робинсона, одного из лидеров современной политической экономики, политолога из Гарварда. Следуя основной логике своих работ с Асемоглу и Джонсоном, Робинсон старается понять, как политические институты определяют изменения экономических институтов. Основной пример, базирующийся на старой идее Постана, которую сделали известной экономические историки Норт и Томас в 1970-е – «чёрная смерть», чума 1340 года, как основной катализатор перехода от феодальных отношений к капитализму.

В Англии, например, уменьшение рабочей силы чуть ли не вдвое в течение нескольких лет, привело к резкому увеличению переговорной силы наёмной рабочих. Последствием стал резкий рост зарплат наёмных рабочих во второй половине ХIV века и институциональные изменения, высвобождающие рабочую силу.

Другой пример Робинсона – из его новой статьи по экономической истории – о влиянии открытой границы (как по-русски говорится в этом контексте “frontier”?) на экономическое развитие Америки в ХIX веке. Есть большая литература по этому поводу, и историческая, и экономическая – расширяющаяся граница играла огромную роль в американском развитии. Робинсон и соавторы добавляют к этому то, что данные говорят не столько о влиянии границ самих по себе (как говорят многие), сколько о совместном влиянии наличия границ и ограничений исполнительной власти (важный, относительно быстро меняющийся параметр для политологов).

Дэвид Стромберг, один из лидеров исследований в области политической экономики прессы, представил обзор современный исследований, концентрируясь на нескольких основных темах.

Прозрачность – насколько наличие дополнительной информации полезно для избирателей? Есть немало теоретических работ, показывающих, что дополнительная информация может быть вредна (что может быть полезна, очевидно) – например, потому что может заставлять политиков слишком сильно заигрывать (“pander”) c небольшими, но политически влиятельными группами избирателей. Однако все эмпирические работы указывают только на положительные последствия дополнительной информации.

Захват – прежде всего контроль со стороны правительства. Тут Стромберг рассказывает старую, 2006 года, модель Бесли-Прата (цитируя, кстати, статью Марии Петровой и знаменитую статью МакМиллан-Зойдо о «взятке Монтесиноса» - относительной дороговизне покупки СМИ в Перу).

Модель, вокруг которой Стромберг строит свой обзор, совсем стандарна. Избиратели используют информацию для того, чтобы решить, кого выбирать. Политики выбирают такую платфому, чтобы выиграть и чтобы политическая рента была побольше. СМИ выбирают такие темы для освещения, чтобы их побольше смотрели-читали (чтобы максимизировать прибыль).

О, хорошая иллюстрация из собственной эмпирической работы Стромберга – о том, как влияет освещение последствий природных катаклизмов в прессе на предоставление федеральной помощи пострадавшим частям страны. Влияет, и существенно – для устранения побочных эффектов при изучении реальных данных используются данные о новостных сенсациях (например, «дело Симпсона»), которые «вытесняли» новости о катаклизме.

В итоге Стромберг процитировал три статьи Марии Петровой, SLON Assistant Professor of Media Economics в Российской экономической школе, в своём секционном докладе на Конгрессе. У нас в России, похоже, появляется учёный, имеющий влияние в одной из самых быстро развивающихся областей современной экономики.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments