Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ВОПРОС

Почему экономисты, которым, казалось бы, надо говорить о занятости и росте, постоянно возвращаются к политическим репрессиям и Навальному? Потому что сейчас в России основным сдерживающим фактором роста являются именно политические репрессии. Потому что возвращение Навального в Москву давало возможность, при правильной реакции, если не выбраться из тупика, то хотя бы двинуться в правильно направлении - смягчить политическое давление, интегрировать оппозицию, представляющую уже десятки миллионов россиян, в политическую жизнь и госуправление. Снизить, а не повысить напряжение в обществе, и дать возможность экономике развиваться.



Экономический механизм тупика предельно прост - в условиях политического зажима, серьёзных ограничений политических и предпринимательских свобод, экономика может расти только за счет физического накопления какого-то ресурса. Например, если есть избыток дешёвой рабочей силы (СССР в период миграции сельского населения в города, Китай, Беларусь в начале 2000-х). Или, например, если цены на природные ресурсы постоянно растут. В России начала 2000-х сошлись эти факторы - растущие цены на нефть, дешёвая рабочая сила после десятилетнего кризиса. Но эти факторы закончились десять лет назад - и тогда, чтобы избежать стагнации, нужны были не запретительные законы, а большая свобода для бизнеса, не национализация компаний, которые гораздо лучше работали в частных руках, а улучшение условий для инвесторов, и местных, и иностранных, не выталкивание бизнесменов за границу, а наведение порядка и защита бизнеса.

В политической сфере десять лет назад должно было быть укрепление системы выборов, с тем, чтобы оппозиция могла на них побеждать, а не массовые фальсификации, не "Болотное дело", а наоборот, реформа полиции и спецслужб. Именно неадекватная реакция на протесты 2011-12, "завинчивание гаек", заложило фундамент для десятилетней (уже) стагнации. Тогда казалось что можно не обращать внимания на рекомендации экономистов, но сейчас-то, после десяти лет низких темпов роста, понятно, что был выбран порочный путь.

Никакого другого нормального выхода из этого тупика нет. Год назад вялого, некомпетентного и неамбициозного премьера Медведева сменил энергичный и компетентный премьер Мишустин. И что? Не попытавшись взяться за основную причину тупика - невозможный уровень политического давления на граждан и бизнес - правительство автоматически согласилась на продолжение той же самой стагнации. Да, странно было бы ожидать от премьера, экономических вице-премьеров и министров слов о необходимости политической либерализации, но они должны их произнести - если они вообще думают об экономике.

ФОНДОВЫЙ РЫНОК - БЕНЕФИЦИАР КОРОНАКРИЗИСА

The New York Times выложила наглядное объяснение, почему американский фондовый рынок провёл такой отличный 2020 год (вырос на 16%) - при том, что в экономике был и продолжается спад, а безработица сильно выросла. Коротко говоря - потому что доходы американцев сильно выросли (да!), а расходы сильно снизились.

Основная причина почему выросли доходы - CARES Act 2020 и другие антикризисные меры, согласованные президентом Трампом и Конгрессом в конце марта. В итоге экономические потери - прежде всего увольнения - коснулись самых малооплачиваемых (вот эти миллионы новых безразботных), но были скомпенсированы щедрым увеличением пособий по безработице. Гораздо большее число людей получило помощь, увеличившую их доходы. Также были компенсированы большая часть потерь бизнеса. Выигрыш по сравнению с 2019 годом - чуть больше триллиона долларов.



Расходы упали потому что граждане, да, сократили расходы - в секторе услуг, например, на полтриллиона долларов. Эти деньги - и увеличившиеся доходы, и сэкономленные на расходах (то есть выросшие сбережения) - отправились и на рынок недвижимости (он прилично вырос), и, конечно, на фондовый рынок.



Откуда, можно спросить, бесплатный сыр? Правительство истратило деньги, занятые в долг, и благосостояние граждан выросло. Конечно, это опирается на то, что "рынок в целом" считает перспективы американской экономики и политики совершенно безоблачными и, значит, готов давать деньги правительству США в долг под нулевой процент. (В краткосрочной перспективе процент определяется американским центробанком, ФРС, но в долгосрочной перспективе он на ставку процента повлиять не может.) Почему долгосрочные ставки уже давно такие низкие - однозначного ответа нет (см. список гипотез в статье Мэнкью по ссылке в комментариях). Так или иначе, в 2020 году ситуация позволила американскому правительству увеличить доходы граждан, что, среди прочего, помогло американскому фондовому рынку очень удачно провести год.

ПСЕВДОДЕНЕЖНАЯ ТЕОРИЯ КАК ОНА ЕСТЬ

Для тех, кто знает о "Современной денежной теории" (Modern Monetary Theory) и интересуется экономикой - отличная рецензия Альберто Бизина на основную книгу MMT. На эту книгу была уже отличная рецензия известного специалиста по финансовым рынкам, Джона Кохрейна, но рецензия Бизина проще, яснее и элегантнее. Для любого человека, интересующегося экономикой и опирающегося на базовые принципы логики, эта рецензия покончит с ММТ, раз и навсегда.

Конечно, она не покончит с ММТ в обществе, потому что теория "мышеловки - это миф, в бесплатный сыр достаточно просто поверить" крайне привлекательны. Тем более, когда всё завернуто в упаковку "новой теории" о денежной политике. Известные специалисты не стали бы писать рецензии на такую ерунду, если бы эта ерунда уже не проникла в умы миллионов и не стала бы оформляться в целое политическое движение. Интересно, к слову, что Кохрейн - помимо знаменитого учебника по оценке финансовых активов, он ещё и популярный экономический блоггер - политически очень правый. А Бизин, автор рецензии, которую я сегодня рекламирую - скорее левый. Но, конечно, они оба прежде всего профессиональные экономисты и называют ерунду ерундой одинаково профессионально. К слову, нобелевский лауреат и сильно-левый политический комментатор Пол Кругман думает про MMT примерно то же самое.

В России у ММT нет особого будущего, потому что площадка - "законы логики ерунда, надо просто поверить и инфляции не будет" давно занята "академиком" Глазьевым и сторонниками его экономических взглядов. Как (всерьёз) предлагал ещё один академик, Львов, если вечером деньги напечатать и ночью раздать, люди придут в магазин, а цены-то не успели изменится. Где она инфляция-та? Эту публику - при поддержке тех "бизнесменов", которые живут на госкредиты (и получают прибыль от каждого процентного пунктика, на который полученный ими кредит меньше рыночной ставки) - ничто не убьёт и ничто не научит. ММТ им не понадобится. Так что если кто про "современную денежную теорию" не слышал, не читайте, она того не стоит.

ПРЕМИЯ ГАЙДАРА 2020

Спасибо Фонду Гайдара за премию за выдающиеся достижения в области экономики 2020 года! Конечно, это честь - разделить премию-2020 с Ruben Enikolopov и присоединиться к списку, который включает, среди других выдающихся людей, Анатолия Вишневского и Ростислава Капелюшникова. Ещё большая честь - получить её вместе с Дмитрий Зимин, великим человеком, и хранителями фонда "Мемориал".

Однакое главное - возможность сказать спасибо Егору Гайдару, "Родину спасшему, вслух говоря". Конечно, это важнейшая национальная премия для экономистов в России, но это совсем не случайно, что она названа в честь именно этого экономиста.

Я увидел первые статьи Гайдара в "Коммунисте" и "Правде" в 1989 году, когда учился в школе. Он стал премьер-министром, когда я был студентом-математиком. С его первого появления на публике в нём было видно удивительное сочетание: он знал реальную экономику, как никто, у него было внятное представление об экономической теории и редкая способность видеть и формулировать очень чёткую картину мира. Вот это вот - видеть как всё работает, выделять главное, формулировать ответ - было у него уникальным.

Что я тогда не мог понимать и ценить - это столь же удивительную способность принимать решения. Каждый интеллигентный ребёнок может мечтать о том, чтобы, как Гайдар, оказаться в ключевом месте в решающий момент - но мало кто может принимать решения и за них отвечать. Если бы Стефан Цвейг писал свои «Звёздные часы человечества» сейчас, там была бы глава про Гайдара. Сейчас, когда после смерти Е.Т. прошло десять лет я думаю, что он брал на себя слишком много ответственности - это не он довёл страну до ручки и развала. Это не врач в реанимации виноват, что пациент туда попал. Но это такая редкость в нашем мире - ответственность на себя брать и не спихивать.

Ещё студентом я хотел быть похожим на Гайдара - также творить историю, также твёрдо отвечать всей этой нечисти разных мастей, лезшей со всех сторон. Мои фронты - наука, образование, просветительская деятельность, конечно, гораздо игрушечнее - но мало ли когда ты можешь оказаться на фронте. Когда-то с Серёжей Гуриевым мы отмечали, что нам уже не быть Гайдаром, Авеном, Чубайсом - просто по возрасту. Они же были совсем юными, когда им пришлось творить историю, спасая страну. Сейчас понятно, что уже Дубининым и Нечаевым-то, которые были в 1991-ом постарше, не быть. Но есть ещё шанс стать Уринсоном и, конечно, Ясиным - я лично пока на это ориентируюсь.

ПРОПАГАНДА ЭКОНОМИЧЕСКОЙ НАУКИ

Выложил на одну страничку слайды своих научно-популярных презентаций за много лет. Аукционы, экономический рост, "ресурсное проклятие", институты, сравнительное преимущество, экономика пропаганды, американские выборы ... Я выложил по одной презентации на каждую тему, но пока выбирал - вспоминал разные места и города, это около ста пятидесяти выступлений. И это не считая бизнес-форумов, советов директоров, собраний акционеров и т.п. И научных семинаров. И лекций у студентов. И занятий со школьниками.

Мне, я считаю, полагается какая-то Life Achievement Award за популяризацию науки - мало кто из активно работающих учёных выступал с науч-попом больше меня. Стас Смирнов, учёный гораздо большего масштаба, много выступает по летним, зимним и обычным школам, но публичных лекций, определенно, у него меньше. Но я не загадываю - экономика - тема популярная, а экономическая наука - не очень. Вообще нисколько. После семидесяти лет "тёмного века русских общественных наук" восстанавливать уважение придётся ещё лет семьдесят. Но хорошо, что мы - и Sergei Guriev, и другие экономисты - пятнадцать лет назад начали. Даже в масштабах страны сто пятьдесят научно-популярных лекций - это немало.

ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ИТОГИ ТРАМПА

Дал интервью Anastasia Stogney из The Bell про экономические итоги президентства Дональда Трампа. Первых четырёх лет, конечно. Что получилось, что нет - не считая коронакризиса.

https://thebell.io/on-obeshhal-primerno-vse-konstantin-sonin-o-tom-kak-tramp-delal-ameriku-velikoj-i-chto-u-nego-poluchilos

ЧТО ПОЧИТАТЬ-ПОСМОТРЕТЬ-ПОСЛУШАТЬ ПРО НОБЕЛЯ-2020

Что можно почитать-посмотреть-послушать про Нобелевскую премию по экономике 2020 года? От самого простого - популярных объяснений "за что дали Нобеля?" до серьёзных учебников по теории аукционов и страничек экономистов российского происхождения, работающих над этими вопросами.

Вот полноценное мини-введение в теорию аукционов, "Основы теории аукционов" - оно же и подробное объяснение премии-2020.

Конечно, есть ресурсы на сайте Нобелевского комитета - "объяснение на пальцах" и "научное объяснение", написанное для экономистов, от студентов и выше. Формул, кажется, немного, но теоремы там непростые.

Моё популярное объяснение за что дали Нобеля-2020, написанное для VTimes. Слегка расширенный вариант, написанный для портала Вышки - там есть портреты лауреатов, а также объяснение того, что это - "проклятие победителя".

Видео-вариант "За что дали Нобеля?" - длинный, подробный разговор на ПостНауке. Надо сказать, вчера и на Эхе Москвы получился интересный разговор про аукционы. Можно также посмотреть мою давнюю лекцию "Аукционы: теория и практика" в Политехническом музее. Там я объясняю, среди прочего, почему замечательный аукцион второй цены (то, что де-факто используется на eBay) так неустойчив к сговору.

В моей научно-популярной книге "Когда кончится нефть" много рассказывается про аукционы, и про теорию, и про практику - в частности, про работы Нобелевских лауреатов-2008 Маскина и Майерсона, других отцов-основателей. Про Уилсона и Милгрома тоже, но не так много. "Нобелевский урок" про них будет разве что в следующем издании.

Более сложное, уже популярно-академическое чтение - наша статья с Сергеем Измалковым из РЭШ и Марией Юдкевич из ВШЭ "Теория экономических механизмов" про тех же Маскина и Майерсона. По существу, элементарное введение в экономическую теорию, связанную с аукционами. Как идёт мировая линия от Хайека к создателям теории аукционов.

Замечательная книга Пола Клемперера про аукционы и теорию аукционов, онлайн-вариант. Там и эссе "Почему каждый экономист должен знать теорию аукционов" - и это, действительно, то, что нужно знать каждому академическому экономисту об аукционах, и "Что реально важно при организации аукционов" - на опыте организации аукционов радиочастот в Европе. Именно лекция Пола Клемперера и статьи из этой книжки раскрыли для меня когда-то - и потом для моих студентов - мир аукционов.

По теории аукционов есть несколько учебников. У Нобелевского лауреата Пола Милгрома есть учебник "Putting Auction Theory to Work", где он пытается объяснить сложные вещи - те же одновременные и "пакетные" аукционы. Можно посмотреть рецензию Эрика Маскина (лаурета-2007) на книгу Милгрома - саму по себе мини-краткий курс.

Для тех, у кого за спиной два курса матана, линейки и теорвера и хочется сразу проникнуть в центр современной (ну, 1980-1990-х) экономической теории есть прекрасный учебник Виджая Кришны "Auction Theory".

Конечно, аукционы есть и в современных учебник по микроэкономике, но это должен быть серьёзный уровень - типа "Священной книги" современных экономтеоретиков - MsCollel-Whinston-Green.

ДОПОЛНЕНИЕ: АУКЦИОНЫ В РАБОТАХ РОССИЙСКИХ ЭКОНОМИСТОВ

Мои собственные работы по теории аукционов написаны давно:

Efficient Investment in Dynamic Auction Environment (c Михаил Шварцем и Бренданом Дэли) - про то, как предварительный аукцион может убедить часть участников отказаться от участия в основном.  Collusive Market Sharing and Corruption in Procurement (с Арианой Ламберт-Могилянской) - про то, какой практический формат устойчив к коррупции - сговору участника и организатора. Information Revelation and Efficiency in Auctions (с Анной Микушевой) - маленькая заметка про то, как публикация информации может ухудшить эффективность аукциона.

Михаил Шварц, главный экономист Майкрософт (57 школа, 1988) - автор многих важных работ по теории аукционов, часть из них в соавторстве со Стэнфордским профессором Михаилом Островским (57 школа, 1995). Cамая известная их работа - про аукционы контекстной рекламы, но у них много интересных работ про интернет-аукционы.

Cтэнфордский професссор Ilya Segal - один из основных соавторов Пола Милгрома последних десятилетий, как раз про масштабные двусторонние пакетные аукционы. Теория самой практической практики. Помимо множества замечательных - и замечательно оригинальных работ по экономической теории, у Ильи есть статьи на стыке экономики и computer science - про те же "пакетные аукционы", вместе с тем же Милгромом.

В РЭШ работает Сергей Измалков, который когда-то прославился статьей про открытые восходящие аукционы "с возвращением". Сначала участник перестал торговаться, а потом вернулся!

В Высшей школе экономики есть сразу несколько специалистов по аукционам - cпециалист по теории Павел Андреянов, у которого только что взяли статью про аукционы в один из ведущих мировых журналов (это фантастически сложно - публиковаться в крайне модной области). Но не только теория - у Елены Подколзиной и её коллег есть целый ряд работ по экономике госзакупков - фактически, по практике аукционов.

НОБЕЛЕВСКАЯ ПРЕМИЯ ПО ЭКОНОМИКЕ 2020

[Написано специально для VTimes]

В 2020 году Нобелевский комитет по экономике как будто решил ни о чём не думать и ничего не обсуждать. Коллеги отправились в кладовку, где на полке с надписью «классика» хранится несколько папок, в каждой из которых хранятся материалы для абсолютно заслуженной премии. Золото экономической науки, которое, по разным причинам, не пригодилось в последние годы. Фундаментальный вклад, уже не раз оцененный комитетом в прежние годы.

Премия стэнфордским экономистам Полу Милгрому и Бобу Уилсону за «новые результаты в теории аукционов и создание новых форматов аукционов» - это в точности такая премия. Нет более важной темы в экономической теории последних сорока лет, чем теория аукционов. Нет темы, с помощью которой проще иллюстрировать практические приложения абстрактной экономической теории – на аукционах, организованных по правилам, разработанным лауреатами, размещено активов на десятки миллиардов долларов. Нет сомнений, что Милгром и Уилсон – заслуженные лауреаты: их имена были в топе претендентов и двадцать, и десять лет назад.

Аукцион проводится для того, чтобы что-то продать в ситуации, когда продавец не знает, сколько готовы заплатить за его товар. Если бы он знал, сколько готова заплатить та, кому товар нужнее всего, аукцион был бы не нужен – можно было бы продать товар такому участнику по максимальной цене. Но готовность платить оценить трудно – у участниц есть все стимулы скрывать, сколько они готовы заплатить! И это если участницы знают, сколько они хотят заплатить, а они знают не всегда. Например, сколько готова заплатить фирма, которая торгуется за участок, на котором можно добывать нефть? Эта цена зависит от многих факторов – от неразведанных запасов нефти на участке, от технологий, от будущих цен на рынке нефти. Сколько готова заплатить фирма, торгующаяся за лицензии на радиоспектр, который можно использовать для мобильной связи или телевизионных трансляций?

Одно из первых научных открытий Милгрома – серия моделей, которая позволяет анализировать, как раскрытие информации влияет на результаты аукциона. Например, представьте, что аукционный дом – Сотби или Кристи – перед продажей картины узнал что от своих экспертов о картине. О чём-то, что серьёзно влияет на цену – снижает её. Нужно раскрывать такую информацию? Модель Милгрома и Роберта Вебера показывает, что продавцу выгодно с самого начала создать такую систему, при которой расскрывается вся известная информация. Если участники аукциона будут подозревать, что продавец что-то скрывает, они будут торговаться слишком осторожно.

Современная теория аукционов началась с работ Уильяма Викри, получившего Нобелевскую премию в 1996 году, в 1960-е. К началу 1980-х теория аукционов стала центральной темой всей экономической теории. Модель аукциона – это то место, где соединяются две основных модели понятий экономической науки. Во-первых, модель спроса и предложения – самый первый инструмент любого экономиста. Во-вторых, модель информации и стимулов – поведение экономических субъектов зависит от частной информации, которой они владеют. Милгром и Уилсон внесли большой вклад в теорию одновременно с Эриком Маскиным и Роджером Майерсоном, лауреатами-2007, но знаменитыми их сделала именно практика.

Главное приложение теории аукционов в 1980-1990-е – это многомиллиардные аукционы Федеральной комиссии по коммуникациям, американского регулятора рынка радиоспектра. В далекие 1960-е Нобелевский лауреат-91 Рональд Коуз предложил создать рынок радиочастот и продавать права на его использование. Милгром и Уилсон стали научными консультантами реального рынка – аукционов, на которых одновременно продавалось множество лицензий, покрывающих определенные частоты и территорию. Нужно было решать самые разные технически задачи, опираясь на соображения, которые вытекали из абстрактных моделей теоретиков. Как сделать так, что лицензии достались тем, кто сможет их использовать с максимальной прибылью? (Прибыль была не главной задачей продавца.) Как заставить участников делать ставки? (Выгодно придерживать свою ставку, чтобы посмотреть как и на что ставят другие.) Как избежать сговора или «раздела рынка»? (Не удалось – на многих аукционах участники успешно сигнализировали друг другу о своём интересе.)

Уже после того как теория аукционов стала центральной частью экономической теории и принесла миллиарды долларов организаторам аукционов радиоспектра, Милгром и Уилсон продолжали получать новые результаты.

Милгром стал создателем, вместе с целой группой стэнфордцев, крупной практической разработки аукциона нового поколения –«комбинаторного аукциона». В нём участники могут делать ставки не на отдельные лицензии, а на целые «пакеты», набор разных лицензий в разных местах, причём набор можно создавать практически произвольно. Иначе – если можно делать ставки только на отдельные лицензии – возникает проблема. Представьте, что для эффективной работы фирме нужен некоторый масштаб – если будет куплено меньше десяти лицензий, то лучше и не входить на рынок. Если бы не было возможности делать ставки на большие пакеты, такая фирма торговалась бы на аукционе чрезвычайно осторожно, опасаясь остаться с девятью лицензиями на руках. Но если делать ставки на пакеты, приходиться постоянно следить за тем, чтобы ставки разных участников хорошо сходились друг с другом – нельзя же продать одну лицензии дважды и все лицензии должны быть проданы. Это сложная техническая задача, которую решает «комбинаторный аукцион».

Боб Уилсон за это время воспитал несколько поколений учеников и кроме того, стал, постепенно, автором «доктрины Уилсона» - правила хорошо организованного аукциона не должны опираться на специфические предположения о том, как устроены предпочтения участников. Рассказывая студентам, как решить задачу по теории аукционов, мы обычно предполагаем, что прибыль фирмы-участника – это случайная величина, имеющая какое-то вероятностное распределение. Сделав такое предположение, можно рассчитать оптимальную стратегию и ожидаемую прибыль. На занятии по экономической теории важно, чтобы задача имела точное, красивое решение – интеграл было легко посчитать, решение было единственным и т.п. Но странно было бы делать те же упрощающие предположения на практике. Доктрина Уилсона состоит в как раз в этом – правильно сделанный аукцион должен работать независимо от того, насколько хорошо организаторы могут «угадать», сколько готовы заплатить участники.

Интересно, что Милгрома и Уилсона есть статья, положившая начало совсем другой ветви современной экономической теории – теории репутации. Когда крупная фирма выбирает ценовую политику, выбор влияет не только на прибыль текущего года, но и на то, как себя будут вести конкуренты, старые и новые, в будущем. Ценовая война может снизить прибыль в этом году, но может оказаться выгодной в долгосрочной перспективе - если будущий конкурент подумав, откажется входить на рынок, опасаясь созданной репутации. Статья Милгрома и Уилсона с двумя другими коллегами открыла целое направление, но об этом, наверное, в другой раз. Сегодня экономическая наука отмечает премию по теории аукционов.

ДОПОЛНЕНИЕ К НОБЕЛЕВСКОМУ ПРОГНОЗУ

По итогам половины Нобелевской недели, в которой больше половины лауреатов - женщины, я решил дополнить свой "Нобелевский прогноз 2020". Вообще комитет, присуждающий экономические премии, крайне аполитичен - за двадцать лет комментирования я видел, пожалуй, только один случай (из 30 с лишним!), когда, похоже, неакадемические соображения сыграли какую-то роль. Так что я не думаю, что комитет может руководствоваться соображениями "дать премию женщине-экономисту". Но, может, я сам уделяю слишком много внимания мужскому полу в своих прогнозах?

Одна кандидатура, Джанет Йеллен (Брукингс-Беркли, https://haas.berkeley.edu/faculty/yellen-janet/), известна всем как бывший председатель американского ЦБ. Она была одним из самых успешных председателей в истории - отчасти потому, что её срок был оборван президентом Трампом, но за работу в ФРС Нобелевской премии по экономике не дадут. Однако Йеллен вполне может получить премию и за свои академические достижения - собственно, она была в моём Нобелевском прогнозе-2019.

Йеллен - автор многих важных и высокоцитируемых работ по экономике труда - один из главных исследователей "справедливой зарплаты". Её самая цитируемая работа - проверка гипотезы о том, что, когда зарплата работника снижается "ниже справедливой", то работники начинают работать меньше. Это сложно проверить, используя реальные данные, но Акерлоф и Йеллен это сделали. Другая известная эмпирическая работа - о связи легализации аборотов и доступности контрацепции и "свадьбах по залёту", пионерское исследование о механизмах женской бедности. (Основными объяснениями женской бедности в то время были "технологические", связанные с распределением активов между полами и спросом на разные профессии.)

Другой серьёзный кандидат, на мой взгляд - Клаудиа Голдин из Гарварда (https://scholar.harvard.edu/goldin/home), исследователь роли человеческого капитала. Одна из её первых известных работ - про то, как изменился отбор женщины в оркестры, когда отборщики перешли к "слепому аудированию". Прослушивания стали проводить за экраном - и удивительно (сейчас уже не удивительно) как вырос процент женщин, когда отбор осуществлялся "вслепую" (https://www.nber.org/papers/w5903.pdf). Не волнуйтесь, это 1970-80е, это тогда была столь явная дискриминация - у хорошей музыкантки было куда меньше шансов попасть в оркестр, если отборщики знали её пол.

Конечно, как всегда в случае серьёзного кандидата на Нобелевскую премию по экономике, речь идёт не об одной-двух, а о десятках, если не сотнях, важных работ. Статьи Голдин очень интересно читать - это история человеческого капитала, то есть образования и технологий в XX веке. У Голдин и Каца есть книга именно об этом - о том, как менялась зависимость зарплат от технологического прогресса и изменений в образовании (https://www.amazon.com/Race-between-Education-Technology/dp/0674035305).

Конечно, Йеллен больше ассоциируется с макроэкономикой, чем рынком труда, хотя академически она, скорее, "трудовик". Но Нобелевский комитет мог бы круто воспользоваться тем, что вопрос "за что платят зарплату?" объядиняет области, в которых прославились и Голдин, и Йеллен.