Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

Демократы-2020: первый взгляд

12 лет назад, осенью 2006 года я упомянул в качестве кандидата в президенты США на выборах 2008 года сенатора от штата Иллинойс Барака Обаму. Первый раз всерьёз я упомянул только через полгода, за полтора года до выборов - когда серьёзность его как кандидата была хорошо видна. Так вот - можно ли сейчас хоть что-то предсказать про кандидата от демократов?

Сложность в том, что список реальных кандидатов, явно или неявно ведущих кампанию, очень широк в этот раз - 40-50 человек как минимум. Опросы на этой стадии практически неинформативны. Так что я просто разбиваю кандидатов на несколько категорий и, со всеми мыслимыми оговорками, предсказываю - из какой группы ожидаю президента.

(А) «Новое поколение» - всевозможные лидеры-представители мелких подгрупп, из которых, как лоскутное одеяло, состоит сейчас Демократическая партия. Камала Харрис, сенатор от Калифорнии, и Кори Букер, сенатор из Нью-Джерси - представители истеблишмента, но, как и Обама в 2008, совсем новые, мало потрепанные политической жизнью. В американской президентской политике традиционно есть «премия за новизну» как буквально нигде в мире и два последних президента - лучшая иллюстрация. Граждане сознательно вручают исполнительную власть малоопытным, новым политикам, обещающим изменения и новые горизонты. Не исключено, что тяга к новизне окажется такой сильной, что кандидатом от демократов станет техасский конгрессмен Бето О’Рурк, больше всего напоминающий Обаму десятилетней давности - от сбора десятков миллионов мелкими пожертвованиями до вдохновляющей риторики, и - про это не забывают упоминать профессионалы - Мишель Обама, популярный политик-не-политик.

(Б) «Традиционные демократы», среднее поколение. В 2016 году Дональд Трамп проиграл Хиллари Клинтон почти три миллиона голосов по все стране, но его преимущество в сельской местности было таким огромным, что обеспечило ему победу именно в тех штатах, где демократы были сильны в течение десятилетий - Пенсильвании, Висконсине, Мичигане. Любой кандидат, который реально силён в этих штатах - лучший шанс демократов против Трампа. Эти имена совсем не настолько на слуху, но Шеррод Браун только что переизбирался - и с изрядным запасом - в сенат от штата Огайо (Трамп выиграл у Хиллари 8% в 2016). Это идеальный «свой» для тех демократических избирателей, которые в два года назад поддержали Трампа. Эми Клобучар - другой такой же кандидат. Трамп очень популярен в Миннесоте, а она только что мощно переизбралась там. Если бы у Демократической партии было бы централизованное руководство, от оно бы выставило кого-то из таких кандидатов - им проще всего справиться с Трампом в 2020. А вот удастся ли им выиграть первичные выборы - не так понятно; у кандидатов из группы (A) шансов больше.

(В) «Ветераны» - кандидаты одного поколения с президентом. Джо Байден, вице-президент при Обаме, неудачливый кандидат в 1988 и 2008. Элизабет Уоррен, поздно взошедшая звезда «левого фланга» партии. В этой же категории находится и Хиллари Клинтон. Тем, кому кажется очевидным, что она больше не будет кандидатом в президенты, соответствую вспомнить - в каком году последний раз участвовал в президентских выборах герой кампании 1968 года Юджин Маккарти? А кандидат от демократов 1972 года Макговерн, проигравший с разгромным счётом Никсону? (Ответы: 1992, 1984.) Пока именно Байден лидирует в опросах - из-за узнаваемости, но мне кажется, что время этого поколения прошло. Да, в американской политике нет жесткой последовательности поколений (Обама на поколение младше и предшественника, и следующего президента), и всё же когда должен наступить финал.

Я тут не написал и четверти имён, но пока прогноз такой - это будет кто-то из группы (А) скорее, чем из группы (Б), а в (В) я вообще не верю.

Обращаюсь к нему как началу земного всего и иного всего

В Чикаго будет концерт Михаила Щербакова! 19 мая, в следующую субботу, и билеты ещё есть.

Не могу выразить, как я рекомендую пойти на этот концерт. Первый раз я попал на концерт Щербакова почти тридцать лет назад, был на двух десятках его концертов и ни разу об этом не пожалел. И в субботу, уверен, не пожалею. А его песни я услышал впервые в 1986 году и с тех пор никогда с ними не расстаюсь - и с теми, которые были написаны к этому времени и с теми, которые пишутся сейчас.

Те, кто читают мой блог, заметили, наверное, что, хотя у меня были эпиграфы-заголовки из Пушкина, Бродского, Мандельштама, Пастернака, Набокова, Ахматовой, Евтушенко, Вознесенского, Быкова - из Щербакова у меня эпиграфов больше, чем из всех великих поэтов, вместе взятых. Ничто так не созвучно моим мыслям - что публицистическим, что научным, что самым частным - как строчки Щербакова.

Мне не хочется сейчас - когда я просто рекламирую концерт в Чикаго - втягиваться в дискуссию о том, насколько и для чего важен Щербаков. Для меня он один из самых важных «бардов», вместе с Высоцким, Городницким и Кимом. Но он же для меня - один из самых важных русских поэтов - из самого первого ряда. И, может быть, вместе с Пушкиным, самым аналитически умным из них - поговорим отдельно об этом, но цикл «Райцентр» - редчайшая, в русской поэзии, попытка хирургически интеллектуально написать слова тех социальных групп, которые высокой поэзии не знают.

Для тех, кто интересуется авторской песней, но Щербакова не слышал - это примерно как Высоцкий без надрыва, Новелла Матвеева без кокетства и Ким без развеселости.

Для тех, кто интересуется русской поэзией - я не знаю, что выберет Щербаков для концерта, но если близки Мандельштам и Бродский - должно быть близко, а если, скажем, Блок и Есенин - то далеко.

Если ни авторская песня, ни русская поэзия не интересуют, можно пропустить.

Он любил Большого брата...

Кажется, очевидное соображение – чем меньше знают о нас, пользователях, компании, собирающие и обрабатывающие «большие данные» - Google, Amazon, Uber и другие, тем лучше? Или наоборот – это очевидно хорошо?

Вопрос об этом возник вчера в Алмате на конференции, которую проводит для сотрудников и партнеров страховая группа «Евразия» - я в ней участвую на протяжении многих лет. Профессор экономики на таком мероприятии – не редкость. Обычно – лекция по макро для широкой аудитории (от этого потом остаются интервью в прессе) или круглый стол (пять лет назад у нас здесь был очень интересный разговор с Нуриэлем Рубини), а тут ещё был разговор с аудиторией, посылавшей вопросы по SMS/WhatsUp. Игорь Виттель и Костя Эггерт модерировали, а мы с Сергеем Медведевым, профессором политологии, отвечали на вопросы. Геополитика там, доллар и вот, вопросы про интернет и безопасность. Сергей перед этим выступил с исключительным интересным рассказом о современном «цифровом Большом брате» - и, поскольку речь шла о технологиях современной цензуры и пропаганды, то, естественно, уклон был «обвинительный». Как выжить в условиях этого «Большого брата» - правительств, спецслужб, крупных и мелких корпораций – все собирают данные, все знают о тебе очень много.

Сергей говорил об опасностях, а я вспомнил о том, как мой друг Омри Бен-Шахар, профессор Школы права в Чикагского университета недавно выступал на слушаниях в Конгрессе США, который обсуждает законы о сборе данных клиентов кампаниями. Сейчас понятно, что нет большой разницы между сбором индивидуализированных данных (грубо говоря, на папке написаны ваши имя-фамилия) или деиндивизуализированные (грубо говоря, в базе данных нет возможности связать данные с фамилией). Паттерны поведения - например, в интернет-магазине – так сильно «идентифицируют» человека, что его имя и не нужно.

Так вот Омри – последовательный противник ограничений на сбор данных для компаний. Пусть собирают, если им это нужно. От этого лучше клиентам – когда фирмы «знают» о клиентах больше, клиенты получают и больше, и лучше. Из-за таргетирования и из-за конкуренции с другими фирмами, опирающимися на те же данные. Омри – специалист по законам о прозрачности (когда вы ставите подпись на пользовательском соглашении – это, как правило, сделано потому, что от компаний требуется по закону получать эти подписи) и крупный противник этих законов. У него есть книга против законов о прозрачности, очень интересная, и его выступление в комитете Конгресса – можно посмотреть, можно прочитать – как раз про это. Про то, как «требования прозрачности» не помогают. И из-за этого не нужно мешать компаниям делать нашу жизнь лучше.

Одна важная битва

Три месяца назад экономист Андрей Илларионов учинил интеллектуальную диверсию – написал в блоге текст, который меня не отпускает. Казалось бы, чего тут такого – Илларионов вон в Чубайса, который был министра по экономическим вопросам двадцать лет назад, как вцепился, так и не отпускает, да и во многих ещё вцепился. Проще перечислить тех, с кем он не воюет. Но этот его текст – совсем про другое. Тут даже не важно, что Андрей - экономист. Он выбрал 30 самых важных битв в истории России, за все века.

Там в списке много спорного. Было бы странно, если бы было по-другому и у менее контрарианского автора. (Cписок, на который реагировал Андрей, и вовсе абсурдный.) Например, судя по тому, что в тридцать самых важных битв вошли шесть поражений Советской армии во Вторую мировую войну, можно засомневаться кто эту самую Вторую мировую выиграл. Конечно, странно не упоминать в русской истории «Киевский котел», когда в плен попало рекордное в мировой истории число солдат, но, по факту, эти кровавые поражения не оказались решающими. Не они определили ход русской истории. Но я не про это хочу написать – про каждый эпизод можно спорить. И каждый эпизод чем-то заслуживает включения в список.

Я просто хочу добавить одну битву. Я не говорю, что это главная битва России. Всего лишь – что если составлять список «важных битв русской истории», её не нужно забывать. Это 1807 год, битва при Прейсиш-Эйлау.

Понятно, почему ее забывают. Во-первых, битва закончилась не победой русского оружия, а вничью. Во-вторых, она была частью кампании, которая закончилась разгромом русской армии под Фридляндом. В-третьих, командовал русской армией Леонтий Беннигсен – мало того, что ограниченный, упрямый лифляндец. Он ещё оказался на «неправильной стороне истории», поссорившись в ходе войны 1812 года с фельдмаршалом Кутузовым. Историк Доменик Ливен, удивляясь, почему русские не отмечают, собственно, победу над Наполеоном – уничтожение его армий в ходе кампании 1813-14 годов, захват Парижа, отстранение императора, восстановление старой династии и создание порядка, который обеспечил Европе десятилетия мира, предлагает, в качестве одного из объясений, очень простое. Русской армией в европейских походах командовали полковдцы с неподходящими для будущих историков именами - тот же Беннигсен, Михаил Барклай де Толли, Евгений Вюртембергский, Петр Витгенштейн, Фердинанд Винценгероде. Чем тут гордиться малограмотному патриоту? (Грамотный патриот, конечно, знает, что Витгенштейн родился в России и родной язык у него был русский.)

Кстати, девятнадцатилетний мальчик-адъютант Беннигсена, Евгений Вюртембергский, получил свой первый орден как раз за Прейсиш-Эйлау (а первое ранение – через полгода под Фридляндом). И он чему-то там в снежном буране под ураганным огнём, наверное, научился – потому что за следующие шесть лет его подразделение (бригада-полк-корпус-армия) ни разу не дрогнуло - ни под Смоленском, ни под Красным, ни на Бородинском поле, ни в Малоярославце, ни в Кульме, ни под Лейпцигом, крупнейшей битве войны. И везде одно и то же – несколько часов стояния под огнём и ударам превосходящих сил противника. Только вот в Париж его войска вошли первыми. Странно, что мы про него не читаем романов и не смотрим в телесериалах – он вошёл в Париж во главе [передовых отрядов] русской армии в 24 года! Он написал книгу о том, как воевать с Наполеоном в 20! Он был полковником в 8! Ну это-то "по записи", но остальные подвиги настоящие! Потому что он был принц? Вроде теперь это не запрещено... Потому что фамилия нерусская?! Так это, собственно, и не фамилия.

Прейсиш-Эйлау была одной из самых кровавых битв мировой истории – на 1807 год, конечно. Состояла она примерно в том, что с середины дня 7 февраля до позднего вечера 8 февраля русская армия беспрерывно отбивала атаки французской армии, которой командовал «звёздный состав» тогдашней европейской военной элиты – маршалы Ожеро, Ней, Мюрат, Сульт под непосредственным руководством величайшего полководца в истории – Наполеона. В этом и состояла великая победа – впервые за несколько лет европейских войн, битва Наполеона не закончилась разгромом в первые часы, а армия противника не бросилась врассыпную. К этому моменту Наполеон разгромил все континентальные армии по нескольку раз. Всего – чуть ли не сорок битв по одному и тому же сценарию – убийственная концентрация огня, стремительный манёрв пехоты, кавалерийские атаки на рассыпающиеся полки и преследование разгромленной армиии. Русская армия в битве под Прейсиш-Эйлау показала, что можно не дрогнуть. Через пять лет, в войне 1812 года, русские уже делали это раз за разом – все крупнейшие битвы кампании – Смоленск, Бородино, Малоярославец стали победами от того, что армия не побежала.

Крымская война 1853-55 была Россией проиграна, но благодаря тому как русская армия защищала Севастополь - вот так же, как в Эйлау и при Бородино, закончилась в сущности вничью.  Войны выигрываются такими битвами как Прейсиш-Эйлау. И не только русской армией. Две дивизии американских морпехов, составленные наполовину из наёмных головорезов, наполовину из добровольцев, студентов Йеля и Гарварда, пошедших на европейскую войну по призыву президента, остановили наступление немцев на Париж 15 июля 1918 года, последнее масштабное наступление немцев в Первой мировой. Битва при Сталинграде закончилась окружением и разгромом немецкой группировки, но решающим было не это окружение, а те месяцы, когда 62-я армия защищала несколько сот метров, отделявших гитлеровцев от Волги. (Кто не был из моих читателей в Волгограде – это моё самое большое впечатление: немцы за несколько месяцев не смогли пройти расстояние, которое, проходишь, прогуливаясь, за пять минут.) У Советской армии на знаменах и орденах были Суворов с Кутузовым, а по хорошему, по исторической правде – должен был бы быть Беннигсен. Суворов – это 1944-45 годы, но период, когда «ученики Беннигсена» спасали родину, был не менее важным.

В ХХ-м веке, с увеличением скоростей, появлением машин, танков и поездов, умение «стоять до конца» перестало быть таким важным. Промедление с отступлением армий Юго-Западного фронта из Киева привело к одному из самых кровавых поражений в российской истории и что толку, что генерал Кирпонос и его штаб погибли с оружием в руках? И всё же какой-то смысл в этом был – в том, что русские командиры исторически привыкли стоять до конца - и когда надо, и когда не надо. Французские генералы сдали свою республику гораздо легче. (Между прочим, Францию подвели вовсе не политики – они-то как раз держались до конца, а кое-кто и погиб – в отличие от генералов.) Даже английские - такие же победители Гитлера как наши, если не считать, что они воевали с ним на год дольше - сдали Сингапур японцам фактически без боя...

Я бы в «списке 30 битв Илларионова» и другие бы поменял. Можно понять отсутствие Куликовской битвы (результат был незначительным) или Кунерсдорфа (Пруссию спас случай, но спас же), хотя отсутствие «операции Багратион» понять труднее. Но вот битву при Прейсиш-Эйлау мне хочется добавить в любой список важнейших битв русской истории. Потому что там что-то было выучено навсегда.

Иллюстрация

Маленькая иллюстрация в дополнение ко вчерашнем посту про иллюзию наблюдателя - любому человеку, который участвовал в протестах 2011 и 2017 года, должно казаться, что молодёжи стало больше, потому что даже если возрастная структура осталась в точности прежней, число тех, кто младше, увеличилось на 10-20%, а тех, кто старше - уменьшилось на 10-20%. (Ещё раз: я не говорю, что демонстрации 26 марта не были "молодёжными", я просто предостерегаю от поспешной интерпретации "прямых свидетельств". )

Иллюстрация - фотография с митинга у Белого дома 19-22 августа 1991 года, когда москвичи вышли на улицы, чтобы остановить попытку военного переворота. Мне тогда было 19 лет и казалось, что большинство стоящих у Белого дома - взрослые и много стариков. А им, наверное, казалось, что толпа необычно "молодая" по советским меркам.

А нужно, согласно теории игр, немного терпения, сил и удачи

Профессионалам и любителям теории игр, науки на стыке экономики, политологии, математики и компьютерных наук, на заметку. Блог Monkey Cage, который ведут учёные-политологи для широкой публики, комментирует сегодня Op-Ed греческого министра финансов Яниса Варуфакиса в New York Times (исходная статья министра). Варуфакис, ведущий тяжёлые переговоры с партнёрами по Евросоюзу от лица нового греческого правительства, пишет, что он - исходно академический учёный-экономист, специализирующийся как раз в теории игр (учебник за авторством Варуфакиса) - не верит, что теория игр даёт подходящие инструменты для анализа текущей ситуации. Автор записи в блоге спорит с министром.

Не вдаваясь в подробности спора, хочу дать ссылку на интересный материал. Больше десяти лет назад один из ведущих теоретико-игровиков в мире, один из авторов современной теории игр (а для меня и автор учебника, по которому я её выучил), профессор Чикагского университета и будущий Нобелевский лауреат Роджер Майерсон получил емейл от неизвестного ему греческого экономиста, который спросил разрешения задать несколько вопросов - cделать интервью для греческой книги о Нэше, одном из пионеров теории игр. И вопросы оказались такими интересными и вдумчивыми, что Майерсон не только подробно ответил, но и разместил интервью у себя на сайте. Не знаю, интересно ли это тем, кто сидит напротив Варуфакиса за столом переговоров, но профессионалам и любителям теории игр, по-моему, должно быть очень интересно.

То мечется в ногах, как молния кривая, то - выстрела звучней - взвивается, и вот...

В этом семестре у нас с Дмитрием Дагаевым будет новый семинар - не научный, а учебный. По-английски это называется "reading seminar" - на каждом семинаре (длиной в час) будем разбирать статью из этого списка.

Тема "Экономика футбола" - я сначала хотел назвать его "Финансовая экономика футбола", потому что в конченом счёте основная мотивация у нас финансовая, но звучит не так ясно и просто, как хотелось бы. В разных мировых вузах есть не то, что курсы, а целые программы (это я просто наугад ткнул) и школы (да и вообще экономика спорта - огромная область, очень развитая в Америке, но у нас не представленная пока ни одним серьёзным исследователем). Мы тоже хотим подготовить в итоге курс по экономике футбола: reading seminar - это только начало. Впрочем, с введением Financial Fair Play Европейским союзом футбольных ассоциаций интересная экономика футбола всерьёз только начинается (вот интересный - один из множества интересных сайтов про FFP.)

Сложность состоит в том, что статьи, которые мы собираемся разбирать, довольно сложные методологически - то есть без курса микро нет смысла смотреть теорию, а без курса эконометрики - эмпирику. С другой стороны, те же Купер и Шимански в "Футболономике" показали, что довольно много вещей можно изложить общедоступным языком.

В качестве дополнительной антирекламы - этот семинар учебный, а не научный и вход на него не совсем свободный. То есть, конечно, можно прийти и посмотреть со стороны (хотя это и учебный семинар Вышки), но основной расчёт на тех, кто будет ходить весь семестр.

Впечатления от Гарварда

Про наших студентов, которые провели семестр в Колумбийском университете, я уже писал и выкладывал впечатления одного из них, а вот впечатления тех, кто провёл семестр в Гарварде. (До этого я приводил список курсов, которые они сдавали - это семестр пойдёт им в зачёт учёбы в СБ - и объяснения, зачем нам нужно, чтобы значительная часть наших студентов провела семестр в одном из ведущих университетов мира.)

Хочу предупредить, что впечатления специально "анонимизированы" (в частности, один из студентов - девушка, другой юноша, но по тексту этого не должно быть видно). Ребята знали, что я выложу их впечатления в блог, но просьба была писать не рекламу, а настоящие впечатления. (Вообще по моему опыту наши бакалавры совершенно не стесняются нас критиковать - временами в первый год мне даже казалось, что слишком сильно - так что их похвала особенно приятна.)

Один студент:

Мне очень понравилось учиться в Гарварде, но, несмотря на это, я не могу сказать, что совместный бакалавриат ВШЭ-РЭШ в чем-либо сильно уступает ему.

Одно из самых заметных преимуществ Гарварда перед нашей программой - дисциплина. Мне кажется невозможной ситуация, в которой профессору Гарварда пришлось бы прервать лекцию, чтобы сделать замечание студентам (у нас, особенно на обязательных курсах, такое иногда случается). В аудитории было тихо вне зависимости от того, сколько человек было на курсе: сто или десять.

Мне так же показалось, что программа была несколько более насыщенной, чем в совместном бакалавриате: темп лекций был немного выше, приходилось больше читать .

С другой стороны, мне кажется плюсом то, что у нас, в отличие от Гарварда, базовые курсы по экономике (микро и макро) читаются по два семестра (в Гарварде - по одному семестру). В СБ в программу этих курсов входят более сложные модели, да и простые темы мы изучаем подробнее. Со слов моих сокурсников из HBS, не все выпускники Гарварда довольны тем, как им преподается базовая экономика: за один семестр они могут успеть больше, чем мы за то же время, но у них мало что остается в памяти через два-три года. Впрочем, выбор элективов по экономике в Гарварде шире, чем у нас, да и никто не запрещает бакалаврам брать базовые graduate курсы, так что, я думаю, поверхностность обязательных курсов в колледже не сильно влияет на конечный результат.

Как мне кажется, мы ни в чем не уступали студентам Гарварда, а наша "база" по математике точно была сильнее. В то же время, я не уверен, что мы входили в топ 10 % или 20 %: трудно сравнивать себя с другими студентами, когда средние баллы за контрольные и домашние работы постоянно не ниже 90/100.
[КС: по Макроэкономике этот студент вошёл в 10% лучших.]

Второй студент:

Когда едешь учиться в один из лучших вузов мира, ожидаешь чего-то совершенно необычного: погружения в незнакомую систему, сложной учебы, конкуренции с сильными студентами, нового опыта и знаний. Теперь, когда моя учёба в Гарварде закончилась, и поездка подходит к концу, можно подвести некоторые итоги и подумать, какие из ожиданий реализовались, а какие — нет.

Хотя в Штатах Гарвард считается небольшим вузом, по сравнению с Совместным бакалавриатом ВШЭ-РЭШ, университет просто огромный. Поэтому большой выбор курсов — первая проблема с которой я столкнулся, ведь интересных дисциплин очень много, многие курсы читают знаменитые профессора, лучшие в своей области. Вообще, университет предлагает много возможностей как в плане образования (приезжают выступать знаменитые политики, проводятся конференции и гостевые лекции, выступают успешные бизнесмены), так и в плане свободного времени (от множества спортзалов на кампусе до совместных походов в консерваторию). Как говорится, большой университет — большие возможности.

Конечно, к жизни в такой новой системе пришлось привыкать, но с чем точно не возникло проблем, так это с учебным процессом. Полтора года в СБ научили меня и справляться с дедлайнами (в Гарварде они менее жесткие), и регулярно работать дома, и готовиться к контрольным, и общаться с профессорами. С постоянными студентами Гарварда я чувствовал себя по крайней мере на одном уровне, если не сказать большего. Как ни странно учеба в целом показалась более простой, чем в СБ, хотя это можно списать на то, что я изучал меньше курсов, чем обычно.

Тем не менее, я безусловно извлёк из учёбы в Гарварде огромную пользу. Самое главное, о чём стоит сказать, это появление идей и вопросов об экономике, которых раньше почти не было, стало более понятно, что именно мне интересно в экономической науке, над чем мне интересно было бы работать. В таком "просветлении" большую роль сыграли проекты: небольшие работы (10-15 страниц), которые я сдавал по трём из четырёх курсов. Думаю, то же самое можно попробовать и на экономических курсах в Совместном бакалавриате.

Так или иначе поездка в Гарвард оставляет море впечатлений, очень интересно сравнивать образование в РЭШ с учебой в ведущем мировом университете. Хотя величина вуза и даёт определённые преимущества, по-моему, именно в плане учёбы подавляющим его не назовёшь.

Баскетбольная РЭШ

С утра в воскресенье съездил на NES Basketball Challenge 2013, открытый баскетбольный турнир РЭШ. Не играть, а смотреть. Вице-премьер Дворкович, который обычно принимает участие и в баскетбольных, и футбольных турнирах РЭШ, не приехал - соответственно, не было и высокопоставленных "хозяев" (турнир проходил в новом корпусе МГУ).

Всё-таки баскетбол - несправедливая игра, в отличие от футбола. Слишком многое зависит от роста и веса. Мне очень понравилась "Сборная Обидимо", команда из подшефного детского дома - сыгранная и мастеровитая, но ребята - школьники. Но команда журналистов, в которой выделялись представители Forbes, была в среднем выше обидимцев сантиметров на 20 и тяжелее килограммов на 30 15-20 (импульс играет в баскетболе большую роль)... Бакалаврам тоже пришлось тяжело - и против магистров, которые на 3-4 года старше, и, тем более, против выпускников.

В команде, в которой играли выпускники-сотрудники правительства, выделялся один из основателей РЭШ - Барри Икес, не бравший, по его словам, в руки баскетбольный мяч уже пятнадцать лет. Барри славится, помимо любви к бейсболу и американскому футболу, умением играть в гольф. Недаром он член нашего совета директоров - в Америке гольф считается чуть ли основным профессиональным навыком для такого рода деятельности.

UPD: Команда "Деловые СМИ", сверив показатели, попросили меня изменить показатель 30 на 15-20. Ну, на мой взгляд обидимские ребята в пределах 50, максимум 60. Но, хорошо, хорошо, исправляю.

Яндекс

Не, я не могу. Я - не борец с плагиатом, просто у меня есть доступ в Яндекс. C утра прочитал пост hyperpov, который смеётся над тем, что в диссертации Евгения Фёдорова (знаменитый депутат, глава комитета по экономической политике) выводится элементарная формула (есть в школьном учебнике микро). Но смеётся и ладно - я просто полез посмотреть автореферат. Ну откуда такой гладкий текст?

А вот что подсказывает Яндекс про то, откуда такой гладкий текст. Какая-то докторская на год раньше при том же вузе. Три абзаца автореферата отсюда (и, наверняка, и здесь откуда-то), а дальше я не смотрел. (Может, героическая Lenta.ru разберётся.) Обратите внимание - эти уроды даже падежи у фамилий русских учёных не поменяли, когда чуть-чуть меняли грамматику предложения ("опиралось на труды... Богданов, Кондратьев,...").

Чёрт, экономист. А я думал, что после истории с Некипеловым (который со своим "незакавыченным переводом" выглядит прямо-таки агнцем по сравнению с фальшивыми диссертантами), они решили держаться подальше от нашей науки, сосредоточившись на истории и педагогике...

Да, просьба к журналистам: во-первых, можно на меня и других учёных не ссылаться (можно самому проверить, скопирован абзац или нет - скопирован, значит, плагиат и диссертация - мусор). Во-вторых, если ссылаетесь, не надо писать "блоггер", пишите - "пользователь Яндекса".

UPD: Ну да, так и оказалось. Slon.ru нашёл большие куски копипейста в диссертации Фёдорова. Мне так и показалось при встречах с ним (я дважды, кажется, дебатировал с ним на ТВЦ), что он вряд ли мог сам написать такой текст.