Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

В ПРАВИЛЬНОМ НАПРАВЛЕНИИ

Сложная тема - экономическая катастрофа, приведшая к распаду СССР и "гайдаровские реформы". Такая сложная, что до сих пор нет ни внятного, экономически осмысленного нарратива о том, что произошло, ни, тем более, реалистичного анализа альтернатив. А вот в новом интервью Петра Авена, одного из идеологов и исполнителей первого этапа реформ, произвучала одна интересная мысль.

В реальном времени о реформах писали лучшие экономисты мира - но это было в реальном времени и ценность этого, скорее, в истории экономической мысли. Но тема "величайшего естественного эксперимента" вышла из моды задолго до того, как стали понятны его первые итоги. Я знаю множество разной ерунды, которая всегда была ерундой, умных мыслей, которые устарели или частично верных и глубоких соображений (см. "обзор экономической мысли 1990-года" и мини-обзор лучшей конференции на эту тему, 20 лет спустя), но одного хорошего источника нет и не близко.

А содержательная мысль у Авена вот такая - понятно, что "вклады населения" (результат в основном масштабного печатания денег в 1989-1991) не были ни чем обеспечены и не являлись "сбережения" в бытовом смысле. Но, может быть, нужно было что-то сделать, взяв на государство дополнительные обязательства по "компенсации".

Я не случайно ставлю кавычки. В тот момент, когда новое правительство пришло к власти, никаких сбережений уже не было, были бумажки (записи на счетах), котором не соответствовало никаких реальных активов/товаров. То есть для "компенсации" нужно было взять на себя какие-то НОВЫЕ обязательства из БУДУЩИХ, не произведённых к этому моменту доходов. У этого был бы следующий экономический смысл: перераспределение от тех, кто эти доходы бы создавал после 1991 года, но не имел сбережений, к тем, кто сбережения имел, но создавал меньше. (Те, кто и имел сбережения, и создавал бы новые доходы не получили бы и не пострадали бы.)

То есть это был бы такой эквивалент введения новой, дополнительной Social Security - новой сети социальной защиты. Население бы этой тонкости бы не поняло (и до сих пор большинство комментаторов думает про "сбережения 1991 года" так как будто это были сбережения), но это было бы, как всякая прогрессивная (перераспределяющая в сторону более бедных) мера, популярно. Если при этом ограничить новые "защищенные вклады" какой-то небольшой суммой - типа 5000 рублей, то соотношение по "цена вопроса"/количество снизивших несчастье было бы лучше. Заметим, что вовсе не факт, что от этой меры люди стали бы сильно счастливее или травма - слабее. Речь же идёт про ОБЕЩАНИЕ в 1991 году, а не про какой-то реальный трансфер 1991-го года.

Прежде чем бросаться объяснять мне, как это можно было сделать (как будто я не читал достаточно глупостей, когда писал "обзор экономической дискуссии 1990 года" для НЛО, см. в ссылках), помните - речь идёт про ОБЕЩАНИЕ 1991 года, которое можно было бы дать по поводу доходов, собранных - в 1995? 2000? 2010? 2030? Сам Авен как-то связывает это обещание (которое не было дано, а, может, надо было дать) с будущими результатами приватизации. Но это, как раз, похоже на порочный круг - это же неважно, какой номинал был написан на ваучере - 10 тысяч (как было) или, скажем 100 тысяч (с учётом вкладов). По смыслу, задумке и практике цена ваучера не определялась номиналом - а рынок определил бы ему ту же цену, что с номиналом в 10 тысяч, что в 100, что в миллион.

Так что, мне кажется, мысль эта - ценная как мысль для понимания исторического эпизода - именно в том, что правительство со всей возможной публичностью взяло бы на себя обязательства, за счёт будущих доходов, перераспределить какую-то часть реального продукта в пользу держателей вкладов. Скажем, ограничить вклады 5 000, а дальше каждый год, начиная с 2000, тратить какой-то процент бюджета на пропорциональную выплату держателям вкладов. Может, улучшило бы настроение. Может, ослабило бы травму.

ЭКОНОМИКА США, МАРТ 2021

Может, мне показалось, но в комментариях к моим колонкам-постам последних месяцев отчётливо звучит запрос "что же там не так с американской экономикой"? То, что инфляция, по оценкам, может вырасти до 3-4% вместо нынешних 1,5-2%, слышится как будто она может вырасти до 30-40%. Опять звучит глупое выражение "залили кризис деньгами", хотя никто, кто его употребляет не может толком объяснить, что оно значит, и что в этом, если это что-то значит, плохого. Про новые рекорды фондового рынка говорится так, как будто они означают "ожидается кризис", а не "ожидается быстрый рост"... На самом деле мы видим ровно противоположное - американская экономика быстро восстанавливается, а её роль в мире сейчас будет расти.

Коротко говоря - после "Великой рецессии", кризиса 2008-09, американская экономика восстанавливалась относительно медленно (хотя быстрее, чем европейская или российская), но очень устойчиво и равновмерно. Семь лет президентства Обамы и три года президентства Трампа каждый год рост был минимум 2%, а безработица в итоге снизилась до уровня, невиданного с 1950-х. После десятилетий стагнации стали устойчиво расти доходы среднего класса и бедных. (Доходы богатых и верхнего класса и так не стагнировали, а продолжали расти.)

Коронакризис и вызванные ими ограничительные меры нанесли огромный удар по экономике во втором квартале 2020 года, но крайне решительные меры (спасибо, в частности, президенту Трампу) привели к таком быстрому восстановлению в третьем квартале, что уже сейчас безработица всего лишь ("всего лишь" по историческим меркам) 6,5% и прогнозируется, что новые рекорды будут очень скоро, через два года. Хотя непоследовательная и путаная политика привела к большой избыточной смертности в 2020, решительные действия администрации Трампа в деле закупки и производства вакцин и действия администрации Байдена по организации массовой вакцинации дали прекрасные результаты. 30% взрослых американцев получили хотя бы один укол (23% всех граждан), 12% вакцинировано полностью.

Поскольку ставки процента падают уже сорок лет + в кризис весь мир доверяет доллару ещё больше, чем в мирное время + поскольку американцы тратили гораздо меньше, а сберегали в 2020-м гораздо больше, чем обычно, у правительства была возможность тратить большие деньги в долг фактически бесплатно (под ставку процента чуть больше 0). Это привело к тому, что реальные доходы граждан выросли на 3,5% несмотря на падение ВВП. Реальные, то есть инфляция в этом уже учтена. Принятие пакета Байдена, к тому же, снижает неравенство, многолетнюю проблему США.

Сейчас ожидания такие, что рост ВВП в 2021 году составит 5-7% (6 по официальным оценкам, но инвестбанки типа Goldman Suchs и JP Morgan дают выше), то есть уровень 2019 года будет перекрыт с запасом уже в 2021-ом. Рост продолжится и дальше, потому что "антикризисный пакет Байдена" - это, фактически, мощный стимул для экономики. За это когда-то придётся, возможно, расплачиваться более высокой инфляцией (3-4%) и низкими темпами роста, но это не факт. Многие экономисты считают, что мощный стимул - это ровно то, что нужно даже в такой ситуации, когда экономики уже набрала ход, быстро восстанавливаясь.

Значит ли это, что у американской экономики нет никаких рисков? Нет, не значит. В любой экономике есть много рисков. Инфляция может оказаться выше 3%, особенно если быстрый рост обеспечит победу демократов в 2022-ом и 2024-ом и они захотят "переделать мир" с помощью расходов бюджета. Возможно, новые штаммы вируса опередят вакцины и снова загонят всех в локдауны. Возможно. Но эти риски значительно ниже, чем, скажем, у Европы (где основной риск, помимо медленной вакцинации, это стагнация), Китая (где помимо медленной вакцинации много других рисков, особенно внутриполитических), да и всех других стран.

То есть волноваться за риски американской экономики это правильно, потому что когда замедляется локомотив, замедляется весь мир-поезд. Экономический кризис в США вызвал бы большие потрясения в остальных странах. Но думать, что у американской экономики больше рисков, чем у какой-то другой - смешно. Сейчас, в марте 2021 года, они меньше.

АНОНС: ДИСКУССИЯ ОБ "УЗКОМ КОРИДОРЕ"

10 марта, в среду, в 19-00 будем обсуждать выходящую на русском книгу Асемоглу и Робинсона «Узкий коридор: государства, общества и цена свободы». Вести будет Борис Грозовский, а обсуждать - Рубен Ениколопов (РЭШ) и я.

Все, наверное, читали предыдущую книгу Асемоглу и Робинсона - "Почему одни страны богатые, а другие бедные" (Why Nations Fail). Та книга - научно-популярное (и мегапопулярное) изложение двадцати лет работы авторов, создателей современной политической и институциональной экономики. Конечно, они стояли на плечах гигантов - и Хиршмана, и Норта, и Вайнгаста и почти ровесников Алезины, Перссона и Табеллини, но они и сами гиганты. Асемоглу и Робинсон придумали новые концептуальные подходы, собрали новые модели, предложили новые методы и инструменты анализа данных - и тысячи экономистов по всему миру приняли эти подходы, развили эти модели и усовершенствовали инструменты. "Почему одни страны богатые, а другие бедные", излагает результаты - и собственные, и сотен других исследователей.

Та книга - важнейшее, что написано в анализе экономики и политики в последние полвека, но эта важность - не в книге самой, а в том, о чём она рассказывает - важна исследовательская программа, начавшаяся до рождения Дарона и Джима, о которой она рассказывает широкой публике. "Узкий коридор", две тысячи страниц истории институциональной динамики, совсем другая книга. Она, скорее, шаг вперёд, за грань той области, в которой написаны сотни книг и тысячи статей. Она опирается на существующие работы совсем не в такой степени и не излагает научный консенсус. На мой взгляд, модели теории "узкого коридора" ещё толком не построены и, значит, до следующих, в научном исследовании, шагов ещё нужно идти...

Вот и обсудим 10 марта, регистрироваться здесь.

ЧТО ЕЩЁ ПОЧИТАТЬ

Фрагменты книги - в «Econs.Online», в Republic

Список-мини-обзор отдельных научных статей Асемоглу-Робинсона, на которые опирается "Почему одни страны богатые, а другие бедные"

Обзор современных моделей институциональной динамики и институциональной стагнации, только что написанный для Handbook of Historical Economics. Хотя мы рассказываем про сложные модели, в этом обзоре они описаны просто.

Рецензия Дани Родрика (Гарвард) на "Узкий коридор" в Project Syndicate(на русском). Отклик Инны Березкиной на рецензию Родрика.

Рецензия Деирдре Макклоски (Университет Иллинойса) на "Узкий коридор". Кто из экономистов нашего времени пишет ярче и живее Макклоски?

ПРО ИНФЛЯЦИЮ ДЛЯ VTimes

По последним (январским) данным, годовая инфляция составила 5,2% — совсем немного для России по историческим меркам и чуть выше, чем заявленная ЦБ цель по инфляции — 4%. Небольшой всплеск объясняется, скорее всего, быстрым ростом мировых цен на продовольствие (почти на 20% в последние восемь месяцев). Тем не менее и общественная, и политическая реакция оказались заметными — граждане недовольны ростом цен, правительство ответило обещаниями его остановить и, что еще хуже, предприняло конкретные шаги в этом направлении...

Про то, чем это плохо - в сегодняшней колонке для VTimes "Ответственность за инфляцию".

ТРИ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ШАГА БАЙДЕНА

Прояснились "большие" экономические планы администрации Байдена. Они более "левые", чем казалось всего месяц назад - да, большинство в сенате, которое демократы получили 5-го января после дополнительных туров в Джорджии, это немало. Интересно, что политически эти левые планы опираются, в значительной степени, на трампистское крыло республиканской партии.

1) В ближайшие месяц-два Конгресс проголосует за "антикризисный пакет Байдена" размером в 2 триллиона долларов. (Голосование уже, в сущности, состоялось - остаётся только утвердить конкретные расходы в этих рамках.) Байден не собирается повторять ошибку президента Обамы в 2009 году - тогда первый пакет после выборов был не максимально возможным, а второй пакет так и не удалось принять. Кроме того, пакет Байдена значительно проще и "прямее", чем у Обамы. Тогда в антикризисную помощь были записаны самые разные левые приоритеты - например, гранты на развитие "зеленой энергетики". Теперь большая часть 2 триллионов - прямые выплаты гражданам, поддержка безработных, дополнительное финансирование борьбы с коронавирусом, помощь детям и субсидирование потерь штатов.

Хотя за этот пакет не собираются голосовать никакие республиканцы, он очень популярен - в том числе и среди республиканских избирателей. Президент Трамп поменял (или был символом перемен) в Республиканской партии - его ядерные избиратели вовсе не так озабочены бюджетным дефицитом, как традиционно были республиканцы. Классический цикл республиканцев - во время "своего" президента снижать налоги, не снижая расходов, во время "чужого" - затягивать ему пояс - прервался. Впервые за десятилетия сложилось устойчивое большинство в поддержку мнения, что о бюджетном дефиците беспокоится не надо. Даже относительно консервативные экономисты из команды Байдена (на фото) - например, министр финансов Джанет Йеллен - считают, что инфляция (и, значит, долг) не проблема. Или, точнее, Йеллен считает - когда инфляция появится, тогда и будем с ней бороться.

2) Следующий после "антикризисного" пакета будет "инфраструктурный" - расходы порядка 400-500 миллиардов на дороги, коммуникации и т.п. Инвестиции в инфраструктуру обещал в 2016 году Трамп и это было осуществимо даже при демократическом Конгрессе - потому что демократы всегда готовы договариваться о дополнительных расходах. Но администрация была настолько некомпетентна, что даже потенциально популярный проект осуществить не смогла. Зато у Байдена есть возможность довести дело до конца - как раз благодаря тому, что "трамповский" избиратель тоже это, в принципе, поддерживает.

3) Более отдаленная - год-два, до выборов 2022 - перспектива, это ещё 400-500 миллиардов на "новую промышленность". И вот тут-то смыкаются, политически, два интереса - интерес левых популистов, мечтающих о "зелёной энергетики" и интерес тех избирателей Трампа, которые обеспечили ему победу в 2016 году. Занятым во всякой "грязной промышленности", давно идущей на спад из-за глобализации и технологического прогресса. Что нужно, в идеале, рабочим угольных шахт? Чтобы не нужно было переезжать и делать какую-то аналогичную работу. (Нет, не переучиваться на программиста...) То же самое для рабочих автомобильной промышленности. Тот же Детройт, но новые фабрики, производящие электромобили. И вот правительство собирается израсходовать огромную кучу денег на поддержку новых отраслей "на месте старых".

Но вот на эту "новую коалицию" - в сущности, сложившуюся у Трампа, будет опираться самая настоящая новая промышленная политика. Та самая промышленная политика, о которой так давно твердили поклонники промышленной политики. Вот программный документ - - план переформатирования автомобильной отрасли в отрасль с совершенно новыми стандартами по защите окружающей среды. Такого социалистического плана не было в Америке лет 70. Но сочетание дешёвых денег и новой, пост-трамповской политической реальности, в которой за "промышленной политикой" стоят и ультра-левые и сильно-правые, сделало это возможным.

ВОЙНА С РЫНКОМ

Если у британского премьера Джонсона задача была - выгнать из Великобритании финансовые рынки, он отлично справляется. Социалисту Корбину нужно было не бороться с Джонсоном, а его поддерживать - Brexit , как и любой протекционизм, это социалистическая, анти-рыночная повестка. В данном случае это конкретный рынок - деривативы на европейскую валюту. Раз - и Амстердам теперь основная торговая площадка. Кто-то скажет "да кому нужны эти финансовые рынки, надо развивать мануфактуру!" Если рынок - враг, то да, надо было поддерживать Brexit.

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ГОД ПРАВИТЕЛЬСТВА

За интересным разговором о том, какие политические причины привели к развязыванию властями, фактически, гражданской войны против мирных граждан, и нестабильности, которой не было уже, минимум, четверть века, мало внимания уделяется причинам экономическим. Общим местом – не только в устах экономистов и оппозиционных политиков, но и многих чиновников – стала десятилетняя, уже, стагнация, создающая фон для недовольства и протестов. Но экономические проблемы, создавшие этот фон – это, среди прочего, результат провальной экономической политики в 2020 году. Провальной - в дополнение к серьёзным трудностям, созданным коронавирусом.

Год назад Михаил Мишустин сменил Дмитрия Медведева на посту премьер-министра. Основной причиной стала не просто стагнация – к 2020 году правительство перестало даже вести разговоры о реформах. При том, что реальные доходы граждан падали, настроение бизнесменов и потребителей неуклонно ухудшалось, смена премьера давно напрашивалась. Медведев, трусливый политик и некомпетентный управленец, и не пытался заниматься реформами. Ещё перед назначением премьером он выдавил из правительства Кудрина, единственного человека во власти, который предложил хотя бы намёк альтернативной программы – сокращение оборонных расходов и повышение открытости в экономики. В правительстве Медведев сначала не смог сформировать хоть сколько-нибудь системной команды, не сумев даже просто назначить «своих» людей на ключевые должности. (За четыре года до этого он точно так же действовал во время своего номинального президентства.) Потом тех трёх человек, которые можно было бы назвать «медведевскими», он не стал защищать ни от отставки, ни от тюрьмы или эмиграции. Оперативной работой правительства руководил Шувалов, подчинявшийся, по сути, напрямую президенту – и как раз эта-то работа делалась вполне компетентно. Но кабинет, в котором премьер сознательно устраняется от лидерства, а министры и вице-премьеры работают напрямую с президентом или вообще самостоятельно (были и такие), никак не пригоден для реформ.

В отличие от Медведева, Мишустин пришёл на высшую должность в кабинете с репутацией сильного управленца. Ведомоства, которыми он руководил, были инновационными лидерами в части своего функционала – и это немалое достижение. Также в отличие от Медведева, Мишустин пришёл с полноценной командой, что важно в ситуации, когда требуются изменения. Но, важно, если план состоял в том, чтобы оставить всё как есть – не отменять контрсанкции, не вести переговоров, которые бы снизили внешние санкции, не снижать давление на бизнес – то смена одного премьера на другого не имела смысла. Речь не идёт об одномоментной отмене всех санкций (на такие уступки пойти невозможно) или отмене всего силового контроля над предпринимателей или масштабной приватизации, но новый премьер мог, конечно, стать лидером давления в сторону нормализации, открытости. Он вполне мог озвучить, не становясь на революционные позиции, необходимость отмены контрсанкций – тем более, в когда ситуация ухудшилась во время пандемии. Он мог бы чётко обозначить, что без серьёзных изменений во внешней политике, которые помогли бы снизить санкционную нагрузку, расти трудно. Он мог бы повысить роль предпринимателей и работников предприятий – всех тех, кто создаёт добавленную стоимость. Что-то можно сделать, внося в Думу законопроекты, что-то может быть сделано с помощью знаковых назначений, что-то – с помощью публичных заявлений.

Ничего из этого не было сделано за год. Более того, правительство провалило самое важное задание – поддержание уровня жизни в граждан в тяжёлый, из-за эпидемии коронавируса, год. Практически все экономики в мире потеряли несколько процентов ВВП, но в большинстве развитых стран уровень жизни не упал. В США реальные доходы граждан выросли в 2020 году, а не упали почти на 5% как в России – за счёт прежде всего агрессивных программ помощи гражданам и бизнесу. Все ведущие российские экономисты рекомендовали аналогичные программы весной 2020 года, но помощь появилась в президентском послании 11 мая только после мощного давления со стороны оппозиции. Когда стало понятно, насколько популярна «антикризисная программ Алексей Навальный», учитывавшая международный опыт и рекомендации экономистов, были выделены серьёзные деньги на помощь семьям с детьми. С учётом того, что в 80% бедных семей в России есть несовершеннолетние дети – это давно самый эффективный способ разом помочь наиболее незащищенным, это было правильной мерой. Но, как оказалось, этим дело и ограничилось. Вместо этого - в год кризиса - зачем-то был увеличен Фонд национального благосостояния!





Провал с общим ответом на вызов коронавируса особенно виден на фоне отдельных больших успехов. Центробанк решительно предотвратил опасность финансовых потрясений. Москва весной сумела победить всплеск госпитализации с помощью резких ограничительных мер и резкого расширения медицинских мощностей; ко «второй волне» город был готов и угроза переполнения больниц не возникла. Была разработана, с неменьшей скоростью чем в странах-лидерах экономического развития, вакцина – другая история успеха. На этом фоне неспособность правительства поддержать уровень жизни граждан, провести те реформы, которые требуют политической воли (например, увеличение расходов на поддержание уровня жизни граждан или отмена контрсанкций, бьющих прежде всего по наиболее незащищенным слоям населения) и обозначить те, которые необходимы для выхода, после пост-кризисного восстановления, из стагнации. Зачем было менять премьера, который ничем не занимался, на премьера, который мог бы чем-то заниматься, но этого не делает?

ЭКОНОМИКА GAMESTOP

Пока все были заняты важными вопросами - указами президента Байдена, импичментом бывшего президента Трампа, местью республиканцев тем республиканцам, которые поддержали импичмент и т.п. в США, насилием, арестами и протестами в России и т.п. - финансовый мир напомнил о понятих "пузырь" и "наивный инвестор".

До конца января 2021 акции компании GameStop, сети магазинов, торгующих игровыми приставками, не были особенно никому нужны. А тут стали всем нужны - потому что группа частных лиц, мелких инвесторов, устроила небольшой флешмоб в соцсетях, подбивая таких же мелких инвесторов покупать эти акции.

Идея такая. Большие игроки, хедж-фонды, управляющие миллиардами долларов, сделали ставку на то, что акции подешевеют. Это на рынке делается так. Инвестор занимает не деньги, а саму акцию, продаёт её по текущей цене, а когда приходит срок её отдавать, покупает на рынке и отдаёт. Если ставка оправдывается - то есть цена падает, то инвестор выигрывает. Если цена растёт, то на этой операции он теряет деньги.

Такие операции - "короткие продажи" - очень важны для того, чтобы рынок существовал. Если бы не нельзя было "поставить на понижение", то получилось бы, что рыночная цена не могла бы отражать часть новостей (негативные новости) и такой рынок развалился бы. Все бы боялись на нём торговать - это было бы, в отсутствие информации, слишком рискованно. Поэтому короткие продажи очень важны для существования рынков.

Тем не менее, их всё время пытаются запретить. Например, владельцы и менеджеры компаний, на понижение цены акций которых ставят инвесторы. Они пытаются убедить публику и политиков, что такие ставки плохо влияют на компанию. Это, конечно, не совсем правда - потому что на компанию прежде всего влияет то, о чём появились плохие новости. Например, если стало известно, что у компании Б появился новый продукт, то инвесторы играют на понижение акций компании А, конкурента Б, не для того, чтобы сделать компании А больно, а потому, что теперь у А будет меньше продаж. Некий элемент правды в словах тех, кто "защищает компанию", конечно, есть (снижение цены на акции ухудшает условия финансирования и, значит, показатели компании в будущем), но это не главное. Но защищать рынок от избыточного регулирования - например, запрета на короткие продажи - сложно. (В комментариях обычно много безграмотных соображений по этому вопросу.)

Короткие продажи также "расширяют рынок". Если игрок №1 занял акцию GameStop у игрока №2 и продал её игроку №3, то теперь у двух игроков (№2 и №3) сделаны ставки на то, что акция вырастет в цене. Конечно, это расширение действует только до того момента, пока акция не выкуплена и не возвращена, но не нужно удивляться, что даже без всяких хитрых производных бумаг ставки могут быть сделаны в объёме большем, чем выпущено акций.

Так вот, хедж-фонды, считая, разумно, компанию GameStop бесперспективной, сделали ставку на то, что её акции подешевеют. А мелкие инвесторы, скоординировавшись в соцсетях, разогнали цену так, что хедж-фондам стало очень плохо - пришёл срок выкупать акции для возврата занятого, а они стоят очень дорого. Покупаешь по этой высокой цене, а они становятся ещё дороже.

Сто пятьдесят лет назад такие операции (как сейчас мелкие инвесторы) проводили магнаты "позолоченной эры" - про это даже есть глава в "Когда кончится нефть". Кто-то сделал ставку на понижение, а магнат выкупал все акции и получал за них невероятную цену. С тех пор это-то запретили, но как такой запрет относится к мелким инвесторам, которые от этого особенную прибыль получить не могут?

Вчера у этой истории случился ещё поворотик. Компания, через которую мелкие игроки осуществляли свои операции, остановила их. По версии многих мелких игроков - потому что у крупных хедж-фондов, терявших огромные деньги, очень много закулисного влияния. По версии самой компании - потому что они не справлялись с таким количеством операций - не могли обеспечить исполнение контракта для каждой покупки-продажи мелких инвесторов. Так или иначе, сегодня торги восстановились - следы 28-го января хорошо видны на графике.



Так же на графике хорошо видно, что это пузырь. Цены и объёмы торгов разогнаны нерациональными и полурациональными игроками. Полурациональными - понимающими, что пузырь лопнет и пытающиеся угадать, когда соскочить. Как всякий пузырь, это, конечно, "игра с негативной суммой" - то есть в среднем все участники проиграют. Кто-то, конечно, случайно выиграет - и будет думать, что она такая умная. Кто-то, конечно, проиграет - и будет думать, что не повезло.

Краткий обзор суперсовременных теорий пузырей в связи с GameStop можно посмотреть в блоге Джона Кохрейна, по учебнику которого в мире учат теорию финансовых рынков. Если кого пузырь интересует практически - помните, что с точки зрения вас, индивидуального мелкого игрока, рынки эффективны и, значит, в играете в лотерею с отрицательным ожидаемым выигрышем. Смысл играть в такую лотерею есть - если вы любите риск. Не понимать, что это лотерея - глупо.

ЭКОНОМИЧЕСКИЙ ВОПРОС

Почему экономисты, которым, казалось бы, надо говорить о занятости и росте, постоянно возвращаются к политическим репрессиям и Навальному? Потому что сейчас в России основным сдерживающим фактором роста являются именно политические репрессии. Потому что возвращение Навального в Москву давало возможность, при правильной реакции, если не выбраться из тупика, то хотя бы двинуться в правильно направлении - смягчить политическое давление, интегрировать оппозицию, представляющую уже десятки миллионов россиян, в политическую жизнь и госуправление. Снизить, а не повысить напряжение в обществе, и дать возможность экономике развиваться.



Экономический механизм тупика предельно прост - в условиях политического зажима, серьёзных ограничений политических и предпринимательских свобод, экономика может расти только за счет физического накопления какого-то ресурса. Например, если есть избыток дешёвой рабочей силы (СССР в период миграции сельского населения в города, Китай, Беларусь в начале 2000-х). Или, например, если цены на природные ресурсы постоянно растут. В России начала 2000-х сошлись эти факторы - растущие цены на нефть, дешёвая рабочая сила после десятилетнего кризиса. Но эти факторы закончились десять лет назад - и тогда, чтобы избежать стагнации, нужны были не запретительные законы, а большая свобода для бизнеса, не национализация компаний, которые гораздо лучше работали в частных руках, а улучшение условий для инвесторов, и местных, и иностранных, не выталкивание бизнесменов за границу, а наведение порядка и защита бизнеса.

В политической сфере десять лет назад должно было быть укрепление системы выборов, с тем, чтобы оппозиция могла на них побеждать, а не массовые фальсификации, не "Болотное дело", а наоборот, реформа полиции и спецслужб. Именно неадекватная реакция на протесты 2011-12, "завинчивание гаек", заложило фундамент для десятилетней (уже) стагнации. Тогда казалось что можно не обращать внимания на рекомендации экономистов, но сейчас-то, после десяти лет низких темпов роста, понятно, что был выбран порочный путь.

Никакого другого нормального выхода из этого тупика нет. Год назад вялого, некомпетентного и неамбициозного премьера Медведева сменил энергичный и компетентный премьер Мишустин. И что? Не попытавшись взяться за основную причину тупика - невозможный уровень политического давления на граждан и бизнес - правительство автоматически согласилась на продолжение той же самой стагнации. Да, странно было бы ожидать от премьера, экономических вице-премьеров и министров слов о необходимости политической либерализации, но они должны их произнести - если они вообще думают об экономике.

ФОНДОВЫЙ РЫНОК - БЕНЕФИЦИАР КОРОНАКРИЗИСА

The New York Times выложила наглядное объяснение, почему американский фондовый рынок провёл такой отличный 2020 год (вырос на 16%) - при том, что в экономике был и продолжается спад, а безработица сильно выросла. Коротко говоря - потому что доходы американцев сильно выросли (да!), а расходы сильно снизились.

Основная причина почему выросли доходы - CARES Act 2020 и другие антикризисные меры, согласованные президентом Трампом и Конгрессом в конце марта. В итоге экономические потери - прежде всего увольнения - коснулись самых малооплачиваемых (вот эти миллионы новых безразботных), но были скомпенсированы щедрым увеличением пособий по безработице. Гораздо большее число людей получило помощь, увеличившую их доходы. Также были компенсированы большая часть потерь бизнеса. Выигрыш по сравнению с 2019 годом - чуть больше триллиона долларов.



Расходы упали потому что граждане, да, сократили расходы - в секторе услуг, например, на полтриллиона долларов. Эти деньги - и увеличившиеся доходы, и сэкономленные на расходах (то есть выросшие сбережения) - отправились и на рынок недвижимости (он прилично вырос), и, конечно, на фондовый рынок.



Откуда, можно спросить, бесплатный сыр? Правительство истратило деньги, занятые в долг, и благосостояние граждан выросло. Конечно, это опирается на то, что "рынок в целом" считает перспективы американской экономики и политики совершенно безоблачными и, значит, готов давать деньги правительству США в долг под нулевой процент. (В краткосрочной перспективе процент определяется американским центробанком, ФРС, но в долгосрочной перспективе он на ставку процента повлиять не может.) Почему долгосрочные ставки уже давно такие низкие - однозначного ответа нет (см. список гипотез в статье Мэнкью по ссылке в комментариях). Так или иначе, в 2020 году ситуация позволила американскому правительству увеличить доходы граждан, что, среди прочего, помогло американскому фондовому рынку очень удачно провести год.